Правдивые новости России,
Украины, Беларуси и мира

Главная
В России В мире Украина Политика Аналитика Видео Война Карикатуры

Жизнь в подвале: фронтовой Спартак на Донбассе пятый год живет в спартанских условиях

Спартак находится между Донецком и Авдеевкой. Здесь территория ДНР, но меньше километра до украинских позиций и тихо не бывает никогда. Поселку досталась роль буферной зоны в этой войне.

Когда-то именно завидев уютные 2-этажные домики Спартака, я понимала, что скоро буду дома в Авдеевке. А сколько мне пришлось поездить из Донецка, где я училась и работала, в Авдеевку, где я жила до 2014 года, даже сказать сложно. Когда-то еще при Советском союзе здесь бегал трамвай, соединяя поселок с Авдеевкой. Но давно и рельсы разобрали.

Эту стелу красили местные жители сами.Фото: Юлия АНДРИЕНКО

На въезде – поклонный крест

Последний раз я проезжала Спартак осенью 2014 года, и уже тогда он являл собою печальное зрелище. Некоторые дома были разбиты до фундамента, некоторые стояли без окон, дорога вся в воронках от попаданий. Как будто гигант-имбецил поиграл здесь в боулинг огромным чугунным мячом. А память так некстати подсовывает мне картинку мирного времени, как мы на Спартаке в гостях у друзей жарим шашлыки, как хрустят пупырчатые огурчики размером с мизинец, как возится детвора в саду… Что с их домом сейчас? Там еще березка росла…

Окна Спартака.Фото: Юлия АНДРИЕНКО

Но на то он и Спартак, чтобы выжить. Носителю такого имени иначе нельзя. Вообще заметила, как эпически звучат сводки очередных обстрелов в сочетании с красивыми названиями сел и городов Донбасса – Раздольное, Счастье, Доля, Веселое, Прелестное или вот Спартак. Первое, что видим за стелой с названием Спартак, это поклонный деревянный крест, вокруг петуньи, словно в агонии, особенно бурно цветущие в сентябре, и бесхитростная надпись: «Сей крест воздвигнут 10 августа 2017 в годы войны. Господи, помяни погибших, защити живых». За территорией вокруг креста и стелой ухаживают сами местные жители, к ним мы и едем с волонтером Андреем Лысенко и его помощниками – Еленой и Эдуардом.

Поклонный крест на въезде в Спартак.Фото: Юлия АНДРИЕНКО

Почему-то глядя на видавшую виды машину волонтера, вечно груженную продуктовыми наборами, памперсами и вещами, на затертые джинсы ее хозяина, веришь этому человеку. Хотя его коллеги позволяют себе дорогие машины, пафосные акции и недешевый пиар, зарабатывая, как и многие, на нашей затянувшейся войне.

Забытые дончане

Первыми на Спартаке нас встречают животные – кошки, собаки с любопытством разглядывают гостей – чужие здесь бывают редко.

Животные на передовой всегда общительны и тянутся к человеку.Фото: Юлия АНДРИЕНКО

Все взрослое население Спартака с тележками, полными баклажек, выстроилось в очереди к машине с водой.

Вода на Спартаке только привозная.Фото: Юлия АНДРИЕНКО

Воду привозят дважды в неделю из Ясиноватой. Жители говорят, что до этого вода была в колодцах, но сейчас и оттуда ушла. Ни воды, ни света, ни газа на Спартаке нет – условия действительно спартанские! Как выживают оставшиеся местные и почему они не уехали – эти риторические вопросы, задаваемые журналистами, давно навязли всем в зубах. Ответ на них я уже знаю – никто не предоставил жилья, куда можно было бы уехать этим людям. Либо это жилье было не лучше подвала.

Дома Спартака.Фото: Юлия АНДРИЕНКО

- Скоро выборы главы ДНР. А вы бы за кого голосовали? – задаю я провокационный вопрос местным жителям.

- Я? Да мы тут никому не верим, если пятый год они не в силах остановить это издевательство над людьми, значит заинтересованы в этом, - говорит один из мужчин в очереди за водой.

- Кому мы нужны? Забытые всеми люди на передовой, - вторит ему женщина в домашнем халате и галошах на босую ногу. – В Донецке концерты, фонтаны, а о нас и не вспомнит никто. Вот, если бы наш волонтер Андрей пошел в главы ДНР, за него бы проголосовала. Да за него бы все проголосовали, кто на передовой живет.

Объявления для местных жителей в центре Спартака.Фото: Юлия АНДРИЕНКО

В разбитых домах, но полны достоинства

Андрей разносит продуктовые наборы и неожиданно натыкается на отпор одной из бабулек, закутанной в вытертый платок.

- Волонтер? Откуда? – подбоченясь, спрашивает она с подозрением, но услышав, что Андрей из Донецка, взгляд ее теплеет. – А вы за кого? За Россию или Украину и всех, кто стоит за ней?

- Если мы с Донецка, то как мы можем быть за Украину? – смеемся все мы.

- Тогда ладно, приму вашу помощь. От украинских волонтеров – ни за что не взяла бы, - гордо говорит она.

Такому достоинству позавидовала бы и королева! А диалог этот происходит возле разбитых домов с воротами, как решето от попаданий осколков, где в аккурат посередине дороги прилетела градина, да так и торчит уже несколько лет в асфальте.

Кошки и собаки – лучшие друзья

Есть на Спартаке не только бабули, но и ребенок. Единственный. Это семья Плешковых, живущих пятый год в подвале: дедушка Саша, бабушка Валя и их внучка – 12-летняя Виктория. Вика – настоящее веснушчатое солнышко, копия девчонки из «Чародеев», распевавшей «Три белых коня». Вот только вместо коней у Вики коты и собаки – это единственные ее друзья, детей на Спартаке, кроме нее больше нет. Клички своих подопечных записала на листике, чтобы не забыть, так их много: Том, Джери, Вася, Мася, Пушистик, Фиона, Леона, Амадей …

- В школу меня возит автобус. Я учусь в седьмом классе и у меня всего два одноклассника, - удается мне выпытать у застенчивой Вики. – А когда окончу школу, хочу жизнь свою связать с животными.

История Вики была драматичной с самого рождения. У ее мамы Тани был порок сердца, рожать врачи категорически запрещали. Она вышла замуж и все же родила дочь и это была ее победа, потому и назвали девочку Викторией. Через несколько лет Татьяна умерла. Маленькая Вика осталась жить с папой на 71-ом километре, невдалеке от Спартака. Когда началась война, папа поехал на заработки в Россию, оттуда его в тяжелейшем состоянии вскоре привезли друзья, через несколько дней от менингита он скончался в больнице. Так Вика осталась на попечении дедушки с бабушкой.

С бабушкой Валей.Фото: Юлия АНДРИЕНКО

Осталась сиротой в разбитой квартире

- Квартира нашей внученьки на 71-ом километре разрушена прямым попаданием танкового снаряда. В нашей квартире тоже жить нельзя, снаряд в любой момент может прилететь со стороны Авдеевки, бьют они сюда регулярно, все осколками посечено, да вы сами смотрите, - предлагает мне экскурсию дедушка Вики – Александр.

Площадку сделал дед Саша до войны, но теперь на ней некому играть.Фото: Юлия АНДРИЕНКО

Мы поднимаемся по ступенькам абсолютно пустого дома, все жильцы выехали. На дверях во многие квартиры вижу бумажные распятия, но и они не смогли помочь их хозяевам. Сейчас на весь Спартак и сотни жителей не наберется, постоянно живущих – 35 человек, еще с полсотни – приходящие, как их тут называют. А раньше здесь жили пять тысяч человек. Тут были школа, детский сад, магазины, а сам Спартак был колхоз-миллионер, снабжавший всех в округе овощами.

Местная достопримечательность на Спартаке -единственная квартира, что уцелела.Фото: Юлия АНДРИЕНКО

Квартира Викиных дедушки с бабушкой продувается всеми ветрами – ни одного окна. Следы добротного ремонта – подвесные потолки, шкафы купе, арки между комнатами, выдают хороших хозяев. В Донбассе вообще народ рукастый живет.

- Ремонт делал сам, машина была, гараж, до войны пять раз за лето ездили на море. Сам во дворе сделал детскую площадку, качели поставил. Никогда не сидел без дела, да и сейчас не сижу, - говорит он.

Редкий случай в красной зоне, но Александр не пьет и даже не курит. Мне часто приходилось видеть в таких поселках на передовой настоящее дно, когда пьют целыми семьями, включая подросших детей. Пьют от безнадеги, отчаяния - черное пьянство, приносящее забытье, но не облегчение. Но я далека от того, чтобы осуждать этих людей.

Подвал - и спальня, и гостиная

В ящиках из-под снарядов семья Плешковых хранит припасы – крупы, муку. И эти зеленые ящики так чудовищно выглядят на некогда, видимо, уютной кухне.

Запасы в ящиках от снарядов - не по силам мышам.Фото: Юлия АНДРИЕНКО

- Мыши как полезли с полей, живого места в домах не оставили, все погрызли. А вот эти ящики из-под снарядов им не по зубам, потому там и храним запасы. От холодильников отвыкли давно, электричества с 2014 года тут нет. А вот посмотрите, дамский уголок, до войны жене делал, - Саша раскрывает деревянные дверцы шкафа и показывает дырку. – Осколок буквально на днях залетел, пробил дерево, отбил зеркало. Еще один разбил стекло в серванте. Это ночью случилось. Ну как тут ночевать можно? За себя я не боюсь, но внучка у меня… Потому спим все мы в подвале уже пятый год. Там я все оборудовал.

Дамский уголок со следами осколка.Фото: Юлия АНДРИЕНКО

Мы спускаемся в подвал. В узкой, как окоп, комнате – три кровати, а над ними прямо на крючьях, торчащих со стены, висят пальто, куртки, сумки, на трубах – нехитрый девчоночий скарб. В углу запасены дрова, рядом банки с консервацией. А еще печка-буржуйка, которая и спасает в холода. Обращает внимание фотография в треснутой рамке с какими-то улыбающимися парнями.

Итальянские журналисты.Фото: Юлия АНДРИЕНКО

Подарок журналистов сейчас без дела. Нужен аккумулятор.Фото: Юлия АНДРИЕНКО

- Это итальянцы к нам приезжали, - поясняет Саша. – Журналисты! Фильм снимали про Вику и нашу жизнь на Спартаке. Вот только мы так и не знаем, вышел ли фильм – интернета у нас тут нет, как и вообще электричества. Они нам телевизор подарили, смотрели от аккумулятора, а сейчас и он приказал долго жить. Еще у нас спасение есть – фонарики от Красного Креста.

Вика в подвале делает уроки при свече.Фото: Юлия АНДРИЕНКО

Кайбаш

Но в подвале семья только с заходом солнца, а днем все ютятся в «кайбаше», как они сами его называют. Дед Саша построил еще в 2014 году перед домом небольшой очаг, чтобы было где кушать готовить. Думали, временно. Очаг постепенно расширяли, оборудовали крышей, стенами, а вскоре добавили стол с диванчиком – получилась летняя кухня. Тут Валентина и кушать готовит, тут, если тихо, делает уроки Вика. Тут ютятся многочисленные ее питомцы. К нашему приезду Валентина как раз нажарила целую сковороду картошки. Смеется, что если война еще затянется, то кайбаш этот еще расширится.

Рисунок на стене Кайбаша.Фото: Юлия АНДРИЕНКО

- А знаешь, - обнимает ее рукой муж. – Мы его не будем сносить и после войны. Пусть стоит! Пригласим всех, кто вернется, всех, кто помогал нам выжить, накроем стол и будет пир горой!

Кайбаш начинался с очага.Фото: Юлия АНДРИЕНКО

Валентина насыпает нам картошки, а я впервые замечаю в самом дальнем углу икону – Божья Матерь держит на руках младенца. И такой она здесь выглядит близкой и родной, какой не была для меня даже в храме. Оказывается, эта икона сложена из пазлов. Одного кусочка не хватает.

Икона на Спартаке.Фото: Юлия АНДРИЕНКО

- Где-то он затерялся, не можем найти, я так думаю, вот как найдем его, то и война окончится, - говорит Вика, угощая одного из своих котов жаренной картошкой.

А где-то вдалеке пару раз ощутимо ухнули с чего-то тяжелого, словно подтверждая слова сироты.

В поисках этого затерявшегося пазла весь народ Донбасса уже пятый год. Кажется, вот еще чуть-чуть потерпеть и придет мир, признание, политики договорятся, начнется глобальная стройка по восстановлению разрушенного Донбасса, где тысячи людей обретут работу, а Вика из подвала переселится в свою квартиру. Дед Сашка рукастый, он все отремонтирует. А потом соберет всех в своем кайбаше и закатит пир.

Подпишитесь на нас Вконтакте, Google plus, Одноклассники

Загрузка...
262

Похожие новости
18 октября 2018, 14:39
18 октября 2018, 14:39
18 октября 2018, 21:09

18 октября 2018, 22:39
18 октября 2018, 12:54
18 октября 2018, 01:39

Новости партнеров
 
 

Новости партнеров
 

Новости партнеров
 

Популярные новости
13 октября 2018, 15:54
16 октября 2018, 17:09
17 октября 2018, 04:39
17 октября 2018, 14:24
16 октября 2018, 02:39
17 октября 2018, 20:54
15 октября 2018, 03:54