Последние новости политики России,
Украины, Белоруссии и мира

Главная
В России В мире Украина Политика Аналитика Видео Война Карикатуры

Великобритания вскоре столкнется с экономическими реалиями, которые побудили ее поддержать европейскую интеграцию

Некоторые британцы размахивают Юнион Джеком, а общественные здания подсвечиваются красным, белым и синим. Последнее открыло пространство для политического маневра, страна теперь празднует свое достижение. Это приподнятое настроение стало неожиданностью.
После референдума, состоявшегося в июне 2016 года, в ходе которого сторонники брекзита победили с относительно небольшой разницей (52–48%, явка составила 72%), вопрос стал глубоко поляризованным. Стремление покинуть Европейский Союз столкнулось со многими правовыми проблемами, и оставило парламент горько разделенным и не способным одобрить соглашение о выходе. Общество негодовало. Наблюдателям по всему миру казалось, что Соединенное Королевство распадается.
Но затем к власти пришел премьер-министр Борис Джонсон, и уверенную победу консерваторов на всеобщих выборах в декабре 2019 года многие расценили как «оползень» - эпический сдвиг в политической ориентации страны. Внезапное появление нового консенсуса решило имевшуюся проблему.
Поскольку в общественном мнении произошел сдвиг, он может просто отражать разочарование после более чем трех лет дискуссий о брекзите. Обращаясь к этому чувству изнеможения, тори предложили лозунг: «Завершить брекзит». Простота этого лозунга противоречит ошеломляющей сложности вопросов, которые остаются без ответа. Будут ли будущие торговые отношения с ЕС включать услуги? Сохранит ли доктрина «эквивалентности» доступ финансовых институтов Великобритании на континент? И как будет контролироваться ирландская граница?
Но, конечно, изменение общественного настроения также может отражать подлинное желание избавиться от ограничений, связанных с членством в ЕС. После многих лет уверждения, что выход из ЕС создаст неисчислимые экономические риски, Джонсон дал обещание окончательно преодолеть «страх проекта».
С 1970-х годов британские дебаты о Европе противопоставляют тех, кто сосредоточен на экономических выгодах интеграции, тем, кто обеспокоен политическим суверенитетом и посягательствами со стороны отдаленных наднациональных властей. Это привело к тому, что проблема стала экономической необходимостью, а не политическим выбором.
Премьер-министр Маргарет Тэтчер, однако, сумела встать на обе стороны пропасти. Она активно боролась за членство Великобритании в европейском экономическом сообществе, и ее правительство сыграло решающую роль в продвижении Единого европейского акта 1986 года, который привел Европу к свободному рынку. До прихода на должность канцлера Германии Ангелы Меркель Тэтчер была самым известным сторонником мнения, что «нет альтернативы экономической интеграции» (TINA).
И все же Тэтчер также последовательно спорила о необходимости выбора, и все чаще изображала Европу как «сверхдержаву», которая угрожала ограничить национальный суверенитет, что осуществляется посредством регулярных парламентских процессов. В своей речи в 1988 году в Европейском колледже в Брюгге она отвергла «коллективизм и корпоративизм на европейском уровне», хотя и придерживалась мнения, что «судьба Британии в Европе».
После мирового финансового кризиса 2008 года, и особенно после долгового кризиса в Европе, проблемы с TINA вышли на первый план. Крупномасштабные государственные расходы, финансируемые за счет дефицита бюджета и счета текущих операций, стали очевидным источником уязвимости. Внешнее финансирование иссякло, и правительства предприняли жесткие меры, которые они представляли по мере необходимости для восстановления доверия бизнеса.
Политически это сообщение не удалось. Серьезные сокращения социальных пособий привели к многочисленным жертвам и возродили старую жалобу на отсутствие выбора. После 2012 года началось новое повествование, чему во многом способствовало смягчение денежно-кредитной политики, что облегчало и удешевляло заимствование. В этих обстоятельствах масштабные государственные расходы могут фактически стабилизироваться, но в случае с ЕС не было механизма управления на европейском уровне, способного пожинать плоды дешевых денег.
На этом фоне правительство Джонсона пересмотрело экономический аргумент об отсутствии выбора. Используя разрушительные и деморализующие эффекты «жесткой экономии», он пообещал массивные государственные инвестиции, чтобы гальванизировать и преобразовать убывающие северные промышленные районы, которые проголосовали за Brexit и способствовали победе консерваторов в декабре. Это увеличение расходов предположительно приведет к социальной гармонии, потому что восстановит чувство свободного выбора. Или, как классно сказал Джонсон о брекзите: «У нас будет пирог, и мы его съедим».
Переосмысливая себя, Великобритания теперь ведет себя так, как будто она вступила в мир новых, привлекательных альтернатив. Свобода выбора означает, что Британия действительно свободна. В какой-то момент, однако, станет ясно, что, как и при любом выборе, существуют компромиссы. Выбрать один из вариантов - значит отказаться от многих других, и любой выбор может иметь далеко идущие последстви.
Brexit, возможно, поднял национальные настроения на данный момент. Но рано или поздно тяжелые экономические реалии вновь подтвердятся.

Подпишитесь на нас Вконтакте, Одноклассники



549

Похожие новости
17 января 2022, 15:00
16 января 2022, 09:15
17 января 2022, 08:35
16 января 2022, 09:15
17 января 2022, 08:35
17 января 2022, 11:30

Новости партнеров
 

Новости партнеров
Загрузка...

СМИ партнеров
 

Новости СМИ

Популярные новости
16 января 2022, 12:10
11 января 2022, 06:45
16 января 2022, 04:35
13 января 2022, 02:30
11 января 2022, 17:50
16 января 2022, 14:30
17 января 2022, 09:10