Последние новости политики России,
Украины, Белоруссии и мира

Главная
В России В мире Украина Политика Аналитика Видео Война Карикатуры

Оправдана ли ставка России на стратегические подводные ракетоносцы?

«Все же ОКМ позволило Дёницу строить "его" подводный флот и не вмешивалось (хотя и не оказывало помощи) в его дела. К 1938 году Дёниц разработал тактику групповых подводных атак ("волчьих стай"). Теперь он нуждался в 620-тонных субмаринах (тип VII), способных действовать в Атлантике. Но адмиралы, склонные к гигантомании, замыслили строительство 2000-тонных подлодок, которые, по их мнению, были более износоустойчивы. Дёница в подводной лодке интересовали другие качества: незаметность, неуязвимость для глубинных бомб и малые затраты при производстве». (tululu.org).


«Я напомню: К-276 Кострома и Батон Руж... К-407 Новомосковск и Грейлинг... Все эти столкновения атомных подводных лодок происходили в 90-х годах в Баренцевом море. 23 мая 1981 году на одном из полигонов Северного флота недалеко от Кольского залива произошло столкновение советской стратегической атомной подводной лодки Северного флота К-211 проекта 667 БДР «Кальмар» с американским атомоходом класса «Стёрджен».





Прежде всего должен сказать спасибо уважаемому Максиму Климову за его статью «Статусный» тупик», которая, так сказать, инициировала долгую дискуссию по тематике «подводного оружия возмездия». Так вот, как ни странно, наиболее уязвимым компонентом «системы» автору показались не сами аппараты «Статус» (вокруг которых и велась дискуссия), а их «носитель».

Кто бы что ни говорил, но задача «ловить по всей Атлантике/Тихому океану» вот эти самые «атомные скоростные глубоководные торпеды» не кажется такой уж простой и легко решаемой. Вопрос не в этом. Сами аппараты достаточно опасны и защищены глубиной и скоростью. Слабым звеном они не являются (при разумной цене). Вопрос в уязвимости их носителя, который движется отнюдь не в «пятом измерении», а всё в том же океане, выход в который из наших баз надёжно «охраняют» американские МЦАПЛ (и не только МЦАПЛ).

То есть вот на эту самую проблему можно посмотреть чисто с точки зрения вот этих самых прагматичных янки: зачем гоняться за безумными русскими торпедами по всем морям и океанам, если можно просто и дёшево (для них сейчас это так) «ликвидировать» их носитель? Который пока один. Ну пусть будет их два или четыре. Всё одно не проблема. Вот вся дискуссия вокруг «поимки» торпед на дальних рубежах мне лично показалась несколько надуманной. Зачем?

Это примерно как БТР в современных условиях иногда превращается в «горящую консервную банку» для плотно упакованных пехотинцев. То есть современными средствами поражения гораздо удобней и проще сжечь экипаж и десант БТР-а/БМП, чем отстреливать их по отдельности. А носитель этих «сверхторпед»? Он что, абсолютно незаметен? Его явно будут «пасти». Американские атомные подводные лодки прочно обосновались поблизости от наших баз и даже в советское время значительная часть наших подводных ракетоносцев «отслеживалась».

Какой смысл отлавливать в глубинах отдельные торпеды, если можно легко и просто уничтожить их носитель? А сегодня дела обстоят именно так. В момент «резкого обострения обстановки» — просто выпустить в него торпеды (неядерные!). То есть вот это звено кажется автору гораздо более слабым. Представим для простоты, что вероятность перехвата «Статуса» — 5 процентов. Хорошо. Просто замечательно. А вот вероятность уничтожения «носителя» до выхода на рубеж пуска явно будет превышать 50 процентов (при сегодняшних раскладах).

Просто против него американские ВМС неизбежно направят «персонального опекуна» или, скорее, двоих. Вы же не считаете их идиотами? То есть надо анализировать не то, насколько успешно «Посейдоны» прорвутся к побережью США и ударят по нему, а то, насколько вероятен их пуск в условиях военно-политического кризиса, переходящего в чисто военный.

И вот тут как раз автора начинают терзать смутные сомнения: ведь их носитель принципиально ничем не отличается от других подводных лодок. То есть его как раз его уязвимость и послужит тем самым «слабым звеном», а отнюдь не уязвимость «инновационных торпед». При всём желании таких носителей много быть не может (просто дорого). А разведка ВМФ США, безусловно, работает.

Пару лет назад, когда все радовались строительству Крымского моста, автор как раз пессимистично заметил, что наши западные друзья наверняка уже начали прорабатывать варианты по «работе с ним». И таки да — провокация в Керченском проливе. Вполне ожидаемо, кстати.

В конце концов, его (носитель) не обязательно топить, можно просто нанести ему определённые повреждения. Как бы случайно. И выполнить задачу он уже не сможет. А начинать ядерную войну из-за непонятного ЧП с подводной лодкой (пусть и секретной) никто в здравом уме не будет. Или он по каким-то отдельным, «секретным» морям будет плавать?

Помните «Курск»? «Она утонула»? Слишком много вопросов возникает по боевому применению этих самых «стратегических» АПЛ. И конкретно по их боевой устойчивости. Особенно в условиях фактического господства в Мировом океане ВМС США. И тут уже не так важно, чем эти АПЛ собираются бить по супостату — «сверхторпедами» или баллистическими ракетами. Вопрос не в этом, вопрос в том, доживут ли они до удара? Вот такой вот «неожиданный вопрос возникает. Ядерная триада, говорите?

Вот даже с воздушной компонентой ситуация представляется более предсказуемой и понятной. То есть её возможности и выживаемость как раз особых сюрпризов не несут. А вот с морской (подводной!) компонентой всё как раз не до конца ясно. Сможет ли она вообще отстреляться? Если в благостное советское время, когда на оборонку денег не жалели, наши подводные ракетоносцы были вынуждены совершать определённые маневры (не всегда полностью безопасные!), для того чтобы сбросить «хвост».


В советское время, когда особых проблем с силами обеспечения не было и на выход ракетоносца на боевое дежурство расходовались серьёзные ресурсы… и даже тогда, «всё было не до конца однозначно». Существует большой зазор (пропасть!) во владении ситуацией со стороны широкого круга граждан и непосредственно людей, в это всё вовлечённых.

Как-то внезапно выяснилось (для широкой публики), что американские МЦАПЛ буквально «пасутся» у наших баз ВМФ. То есть они не «где-то там далеко» рассекают морские волны… они здесь и сейчас у наших берегов дежурят. Буквально вплотную. И это, знаете ли, как-то «нервирует». И надо понимать, что вот эта самая «идиллия» совместного плавания боевых субмарин под разными флагами возможна исключительно в мирное время. Во время кризиса всё будет «несколько иначе».

Вообще, относительно «нормальной» ситуацией было бы их наличие «где-то поблизости». А вот в момент кризиса они подходят вплотную. Как выяснилось в ходе многочисленных инцидентов — они и в «мирное время» уже здесь. То есть океан, безусловно, большой, но как раз у наших баз ВМФ наблюдается нездоровая «толкучка». И вроде гибель Курска — как раз из этой серии (там до сих пор много непонятного). И как бы никто в их штабах не боится ничего «разжечь и спровоцировать».

Благородные черти — ежели вы хотите лоб в лоб столкнуться с US NAVY, вам не нужно тащиться во Флориду, зачем? Они вас у берегов России встретят. Нам так любят рассказывать и показывать наши могучие ракетоносцы, рассекающие глубины океанов, что как-то забывают при этом упомянуть, что эти самые глубины вполне себе обитаемы, как и поверхность тех океанов, ну и до кучи небеса над ними… Вообще англосаксы лет 80 вкладывают серьёзные деньги в системы обнаружения подводных лодок, и опыт ПЛО у них недетский.

Они (не будучи клиническими идиотами) прекрасно понимают опасность, исходящую от наших подводных ракетоносцев стратегического назначения, и принимают соответствующие меры. Вплоть до капитальных вложений в системы постоянного мониторинга океанских глубин. Да и силы ПЛО у них, мягко говоря, хорошо развиты.

Беда ведь в чём? Так называемые подводные ракетоносцы отнюдь не усиливают мощь флота в плане именно морской войны, а наоборот, её серьёзно ослабляют. Потому как в плане морской войны — это не «хищник», а «жертва». Он ни на кого в море не нападает, его защищать надо. То есть когда в списках боевых кораблей флота (СФ или ТОФ) подряд идут и «стратеги», и все остальные корабли, —это слегка неверно. Вводит читателя, так сказать, в заблуждение.

Подводный ракетный крейсер — он, конечно, большой и страшный, но в морском столкновении особого значения не имеет. Его задача — через полпланеты по Америке бить, а не вражеские корабля дырявить. Вот это как-то обычно упускают из виду. И выполнять эту свою «стратегическую» задачу он должен исключительно в «тепличных» условиях — то есть ему никто не должен мешать, а для этого в районе его развёртывания господство в море, на поверхности моря и в небе должно быть за нами. Можем ли мы сегодня обеспечить это условие хотя бы в Баренцевом или Охотском морях?

Их (РПКСН) как бы у нас немного осталось. И стоят они как бы очень и очень много (невероятно по нашим финансовым возможностям). И рисковать ими никак нельзя. То есть в случае войны всё должно быть обставлено не в стиле героической торпедной атаки, а в стиле спокойной разгрузки фуры. Они не должны ни от кого улепётывать и не должны считать секунды. Их «внезапность» должна носить «стратегический», а не «тактический» характер — всплыли по-быстрому на глубину пуска и отстрелялись, пока не потопили…

То есть РПКСН — это классический случай, когда один в поле не воин. Простите, но «превозмогать» — это немного не тот случай в плане ключевого элемента ядерной триады. Задача ракетоносца именно «грамотно отстреляться», а не от вражьей ПЛО прятаться. Вероятностный подход тут неприменим. Да, СССР мог построить много ракетоносцев, имело ли это смысл даже тогда? Не факт.

Не совсем понятно, что мы выигрываем. Вот если бы мы били по Америке ракетами средней дальности, подойдя к её берегам, то тогда… Тогда интересно! Экономия. И лодка была бы меньше (проще, дешевле, менее заметна). Но, как мы с гордостью произносим, РПКСН могут «отстреляться по Америке хоть от пирса». Прекрасно. Но тогда зачем они вообще нужны? В чём профит? Говорите, у них невероятная скрытность и боевая устойчивость? (Так часто говорят). Ну, как раз тут и начинают терзать смутные сомнения. Наши РПКСН вынуждены плавать в «одном бульоне» с американскими (и не только) кораблями и подводными лодками, которые будут всячески за ними охотиться.



Тут, конечно, всё «секретно» и «строго секретно», но, повторяясь, героические внезапные атаки — удел субмарин «обыкновенных», требовать этого от стратегов — немного неправильно. Бросать наш немногочисленный флот на обеспечение деятельности подводных ракетоносцев? Ну я не знаю. Всё одно сил не хватит на эту задачу. А на другие их просто не останется. Постоянно решать задачу, как ракетоносцу уйти от преследования американской МЦАПЛ? Тоже не подарок. Особенно с учётом количества тех и других.

Ещё раз: версия про всякие «секретные технологии и приборы» упирается в то, что американцы будут очень недалеко. И очень активно их (РПКСН) искать. А уж непосредственно носитель ЯО (мегаторпеды или ракеты) — это вопрос вторичный, и уязвимы они гораздо менее (после запуска!). В любом случае — успешное уничтожение (до пуска) любого такого ракетоносца — это громадный плюс американским ВМС. Тут мы слишком много яиц (ракет) имеем в «одной корзине». И можем их разом потерять.

Ситуация, когда вражеские акустики слышат звук «открывающихся люков ракетных шахт», называется «приплыли». Шутки ради — углубить Каспийское море и запустить туда подобный ракетоносец («Акулу»!) или «отгородить» море Охотское. Но, если серьёзно, то понять громадный интерес российского руководства именно к подводным ракетоносцам достаточно сложно: они же не в космос уходят, и не в «пятое измерение». И вполне себе уязвимы.

А сами носители ракет — крайне немногочисленны и стоят невероятных денег (и весьма долго строятся). Поэтому идея заменить «Булаву» на «Статус» понятна не сразу и не до конца. проблема не столько в уязвимости ракеты/торпеды, сколько в уязвимости носителя торпед/ракет. С этим-то что делать? Мне кажется, отсутствие «испуганной реакции» со стороны наших заклятых друзей на «Посейдон» объясняется именно этим. Не один ли чёрт, что будет на борту российской стратегической субмарины, если её всё равно «завалят»? Да хоть гиперболоид инженера Гарина…

Большое спасибо Андрею из Челябинска — подробно и доступно рассказал о состоянии нашего флота и его перспективах (их отсутствии). И успел порадовать почтенную публику информацией, что, дескать, по крайней мере с ракетоносцами у нас дела обстоят неплохо… А за каким лешим они нужны, спрашивается? При данном раскладе сил? Сами по себе, без флота поддержки (и без морской авиации)? Заниматься беспробудным героизмом и играть в русскую рулетку? За такие вот миллиарды? Не верю я в героический одинокий РПКСН. Не верю.

В своё время вроде бы даже советские адмиралы хотели полноценных авианосцев именно для прикрытия подводных «стратегов» в Баренцевом море (как-то сложно и дорого получалось даже для СССР, не находите?). То есть не до конца понятно: а зачем нам вообще лезть в солёную океанскую воду с баллистическими межконтинентальными ракетами? У нас что, земли мало? Тем более что ракеты всё одно «межконтинетальные». А от пирса мы уходим в поисках неуязвимости в морских глубинах, которая по факту для нас как раз там и недостижима (при существующем соотношении морских сил).

Почему этим занимаются наши дорогие заокеанские партнёры, я думаю, объяснять не надо. Для них как раз океанские глубины могут быть хорошим укрытием. Как раз они могут практически гарантированно обеспечить безопасность своему подводному ракетоносцу. Не проблема. И дополнительных затрат не требует: флот всё одно есть.

В нашем же случае вопрос можно сформулировать так: зачем нам «Посейдон», если есть «Баргузин»? Опять же таки с точки зрения автора — идеальная система. Надёжная, устойчивая и малозаметная. Ну и не может она быть чудовищно дорогой. И охранять её куда как проще и дешевле. Всё-таки для межконтинентальных ракет ж/д путь даже лучше колёс. Устойчивей. И как вы будете «выносить» «Баргузинов»? До начала конфликта? Расскажите. Песку в буксы насыплете?

Да и пуск ракеты с устойчивой сухопутной платформы гораздо проще, чем морские стрельбы. И привязка на местности… И штормов на РЖД не бывает. Никаких. И сложной ледовой обстановки на поверхности. Ну, и «классические сороконожки» «МЗКТ» с заменой на «Платформу-О». Просто и со вкусом. И тоже никаких серьёзных рисков «на расстоянии пистолетного выстрела»: ни «Абрамс», ни «Леопард» из-за кустов не выскочат. И ремонтировать, и обслуживать многоколёсные тягачи на суше куда как проще. А представьте, что как раз в момент кризиса на РПКСН происходит серьёзная авария (том, который на боевом дежурстве). И что делать? Воевать он не может, назад идти бессмысленно.

Потеря одного-двух ракетных тягачей (да хоть десяти!) на суше (по техническим причинам) на ситуацию не влияет никак. В случае мегаракетоносца мы складываем слишком много яиц в одну большую и очень дорогую корзину, и поблизости от этой корзины активно шастают американцы с «молотками». Добром это может не кончиться. Почему-то вот любят их фотографировать. Подводные ракетоносцы. И пуски с них любят фотографировать. Потому как «внушает». Гораздо больше почему-то, чем пуски с подвижного грунтового ракетного комплекса или тем более из шахты.



Но вот боевая ценность этих «стратегов» достаточно сомнительна: все «пуски» в мирное время по понятным причинам проходят в условиях отсутствия противодействия противника. И то — бывали определённые проблемы… Вспомнить хотя бы эпопею с «Булавой». То есть в мирное время можно как раз протестировать способность комплекса «отстреляться» по Америке в «тепличных условиях». А вот способность выполнить это всё в условиях боевых проверить невозможно абсолютно. Ещё раз: у СССР «стратегов» было много (как и кораблей в целом) и как-то они «чисто математически» имели больше шансов на выживание. А ведь был и флот, кроме стратегов (большой), была морская авиация, были средства ПЛО… И тем не менее ставка СССР на морскую компоненту СЯС вызывает вопросы.

Зачем? Американский флот всё одно сильнее. У американцев достаточно непутёвая армия, но вот флот там (исторически) — очень неплохой! И богатые военно-морские традиции. И даже в два советских «бастиона» (Охотское и Баренцево моря) они активно стремились пробраться. Ещё в советское время. И лёгким противником американские ВМС не были даже для советского ВМФ в эпоху его расцвета. Ещё раз: у американцев надо различать флот и армию, то есть армия у них — это что-то одно, а вот флот — совсем другое.

То есть держава, обладающая морским превосходством, вполне себе может сделать ставку на баллистические ракеты морского базирования. И логика тут железная, то есть все плюсы, приписываемые морской компоненте СЯС, американцы получают в полном объёме. Тут вам и скрытность, и свобода маневра, и удар с неожиданного ракурса. Всё присутствует. Для страны, имеющей слабый флот (как сегодняшняя Россия), ставка на РПКСН выглядит достаточно спорной (мягко говоря).

Мы не сможем свободно маневрировать ими по океанам. Нам не дадут. Их скрытность в современных условиях тоже весьма и весьма сомнительна. Если американцы при необходимости могут «закрыть» от посторонних очень значительную часть Мирового океана, то Россия сегодня имеет проблемы с обеспечением безопасности собственных баз ВМФ. Ну и зачем вам подводные «стратеги» в такой ситуации? Что вы с ними намереваетесь делать? Откуда они у вас будут стрелять? Из космоса?

Вполне понятно: в своё время мы «собезьянничали»: американцы делают такие вот подводные лодки с баллистическими ракетами — и мы тоже будем! И, кстати, смогли. Сделали. Великолепные ракетоносцы. Но вот с вопросом их боевого применения всё несколько сложнее… Нет, если бы Россия была маленькой густонаселённой страной (типа Японии), тогда да. Тогда бы эти все подводные ракетоносцы смысл имели. И очень большой смысл! Но Россия немного больше Японии.

В нашем случае этот компонент стратегической триады вызывает больше вопросов, чем даёт ответов. Если бы у нас был под рукой некий безжизненный океан без следов человеческой деятельности (как иногда выглядит океан на «заднике» фото с ракетоносцем, а они базируются в довольно диких местах), то смысл бы это всё имело. В нынешней ситуации его насыщенности враждебными флотами, просто стационарными средствами обнаружения и упадка российского флота… ну я даже не знаю.

Представьте чисто теоретически, что российский военный бюджет вырос в два раза, а расходы на флот — раза в три. Представьте, что у нас (как в компьютерной стратегии) нет проблем с загруженностью верфей и их производительностью. Представьте, что всё хорошо (идеальный вариант). Смогли бы мы в ближайшие десять лет обеспечить безопасность развёртывания РПКСН? В ближайшие 15 лет? Даже с учётом того, что финансовые возможности США реально сокращаются и в их государстве нарастает бардак.

Ответ, скорее всего, будет отрицательный. Просто флот обычно обладает большой стратегической мобильностью (в отличие от сухопутных сил). И наши «друзья» просто-напросто будут концентрировать свои силы поблизости от российских ВМБ. Такие дела, никто не виноват. Да, можно «стараться» и можно «превозмогать», но какой в этом смысл? Зачем ввязываться в заранее невыгодное противостояние? На все наши усилия по защите РПКСН и борьбе с их обнаружением противник будет отвечать концентрацией сил, которых у него явно больше.

В случае наземного базирования снимается самая главная проблема — безопасность носителя до момента пуска. То есть «выносить» -то их можно, но строго в рамках глобального внезапного удара. И строго дистанционно. Подвижные грунтовые ракетные комплексы надо ещё «засечь и отловить», шахтные нужно хорошенько изуродовать. То есть задача-то, конечно, имеет решение… но отнюдь не тривиальное, или вполне тривиальное, но явно не вполне эффективное. И вот что характерно: несмотря на наличие монструозных «Акул», Соединённые Штаты почему-то в своё время крайне болезненно реагировали на появление БЖРК «Молодец». То есть вроде бы — какое значение для СССР могла иметь вот эта самая «добавка»? При его-то арсенале?

Как выясняется — серьёзное. И, судя по всему, США всерьёз рассматривали ядерный удар по СССР даже в 80-е годы! И БЖРК им чем-то серьёзно мешал. Что, собственно говоря, наводит на невесёлые размышления.

То есть если супостат строит авианосцы и подводные ракетные крейсера — это совсем не значит, что нам его надо было копировать «один в один». Вообще с точки зрения автора СССР как раз уделял крайне недостаточное внимание именно флоту. Противостояние было глобальным и выиграть его только сухопутной армией было нереально. Как-то вспоминаются шутки про советский «гипертрофированный флот береговой обороны». То есть вот как раз флоту тогда надо было уделять гораздо больше внимания. Сверхмощная же ГСВГ — это очевиднейшее нецелевое расходование сил и средств. Ну дошла бы она до Атлантики, дальше то что? Играть в ракушки на берегу океана?

То есть, флот-то как раз надо строить, и даже сегодняшней России. Но вот начинать с тяжёлых авианосцев или гигантских подводных крейсеров не совсем правильно. Ведь как раз для наших противников, а это касается и стран НАТО и Японии, морские коммуникации являются жизненно важными (в отличие от России). Поэтому абсолютно критично повышение наступательной мощи флота при превосходстве противника в тоннаже. А со времён гросс-адмирала Дёница никто не выдумал ничего лучше, чем подводные лодки. То есть в нашем случае ДЭПЛ и МЦАПЛ. И никакого противоречия с написанным ранее нет, во-первых, в отличие от РПКСН, они реально могут воевать в море, во-вторых, их потеря не ведёт к провалу в сфере «ядерного сдерживания».

Почему-то сразу вспоминается переименование «Дойчланда». Даже немцы понимали, что на войне ничего гарантировать нельзя и любой корабль (даже самый большой, и особенно самый большой!) могут утопить.

Ещё «попессимирую» на тему РПКСН: Мировой океан, он как бы «общий» (воды-то международные!), и разные там южнокорейцы или австралийцы тоже вполне что-то имеют под водой и тоже сотрудничают с США. И разные там канадцы с индусами. И с Китаем всё не до конца понятно. То есть ещё непонятно, от кого прилетит «дружеская торпеда в борт» (или кто «по-дружески» сольёт информацию ВМС США). И есть прецеденты уничтожения «сушки» турками и «ила» израильтянами (как бы в «мирное время»). Так вот, запросто. Кстати последнее — откровенная глупость, как раз из сферы «втягивания в ненужное противостояние». В данном случае Израиля с ПВО российского производства. То есть «можно сделать» совсем не значит, что «нужно сделать».

И даже если бы у нас было в 3-4 раза больше ресурсов для морской войны, не факт, что именно РПКСН должны были бы быть приоритетом. У них очень плохо получается «воевать на море», они не для того предназначены. А то, для чего они предназначены, гораздо проще, дешевле и надёжней решать с шахтной/колёсной/железнодорожной базы (безусловно, личное мнение автора). И понятно, что пуск ракеты из морских глубин технически гораздо сложнее, дороже и рискованней пуска с «многоколёсной сороконожки». И если последняя бегает по бескрайней российской территории, то ракетный крейсер плавает как раз в международных водах и ещё в мирное время его можно преследовать, травить и брать на прицел. И идущая к нему «впритык» американская МЦАПЛ никаких международных законов не нарушает.

То есть, безусловно, современный российский флот должен быть современным, ударным, но его целями должны быть корабли, или суда противника, или наиболее важные объекты вражеской инфраструктуры (крылатые ракеты для того предназначены). Вешать на него ещё и задачу нанесения глобального удара не совсем корректно. У нас просто теоретически нет и не будет ресурсов для того, чтобы он смог качественно решить подобную задачу.



А вот строительство многоцелевых атомных подводных лодок (представляющих для противника серьёзную угрозу и обладающих глобальной мобильностью) как раз таким бы приоритетом быть могло. Как и строительство «классических» ДЭПЛ, которых нужно много. И про морскую авиацию забывать не надо. Ну, и надо понимать, что флот всё-таки начинается не со строительства мегакораблей, а с обеспечения безопасности баз ВМФ.

Нет, как раз для пропаганды РПКСН как и «тяжёлые авианосцы» очень хороши. «Вкратце», но очень торжественно, рассказать про его небывалые возможности… и многозначительно замолчать (про весь остальной флот обеспечения и всю остальную структуру флота), как бы предоставляя слушателю возможность «додумать». Но пропаганда — это одно, а вот строительство флота — нечто совсем иное. И да, легендарные «Акулы» автору совсем не нравятся. Непонятный какой-то корабль. Почему у нас им так любят хвастаться, не совсем ясно: это, скорее, не «Звезда Смерти», а фантастически интересная мишень для любого подводника, этакий подводный «Синано».
Олег Егоров

Подпишитесь на нас Вконтакте, Одноклассники

Загрузка...



391

Похожие новости
13 сентября 2019, 18:39
16 сентября 2019, 08:24
17 сентября 2019, 10:24
14 сентября 2019, 07:39
18 сентября 2019, 09:09
16 сентября 2019, 18:09

Новости партнеров
 

Новости партнеров
Загрузка...
Загрузка...

СМИ партнеров
 

Новости СМИ

Популярные новости
17 сентября 2019, 03:54
15 сентября 2019, 22:39
14 сентября 2019, 20:39
13 сентября 2019, 05:39
15 сентября 2019, 22:39
17 сентября 2019, 23:09
14 сентября 2019, 23:54