Правдивые новости России,
Украины, Беларуси и мира

Главная
В России В мире Украина Политика Аналитика Видео Война Карикатуры

Диалектика предательства

The old age and treachery always overcomes youth and skill
(an Anglo-Saxon proverb)
Опыт и вероломство всегда побеждают молодость и мастерство
(пословица англосаксов)
 
 
 

Продвижение иракской армии и шиитских ополчений «Хашд аш-Шааби» в ходе операции по возврату Киркука под контроль Багдада (источник: https://pbs.twimg.com/media/DMSFLLxWkAgbNpB.jpg)


Сдача Киркука иракским войскам, произошедшая вследствие ухода с поля боя вооруженных формирований Патриотического союза Курдистана (ПСК), в корне изменила соотношение сил в Иракском Курдистане. Таким образом, стабилизация региона в целом остается под вопросом и после взятия Ракки – т.е. фактического завершения войны против ИГИЛ и разгрома этой организации (деятельность которой запрещена в России). Наша страна, имеющая собственные интересы в регионе (как то показала всему миру военная операция наших ВКС в Сирии), заинтересована в скорейшем восстановлении мира на Ближнем Востоке. В связи с этим курдский сепаратизм может рассматриваться в качестве нового фактора дестабилизации региона – в ситуации отсутствия путей, механизмов политического разрешения противоречий интересов всех субъектов.


Как теперь уже стало известно из документа, опубликованного депутатом партии Иракского Курдистана «Горран», исход «сражения» оказался предопределен сепаратными переговорами, прошедшими накануне между официальными представителями шиитской организации «Хашд аш-Шааби» и ПСК. Подписантом со стороны ополчений иракских шиитов стал их лидер, Хади Амери, со стороны ПСК – Павел Талабани, сын недавно почившего руководителя этой курдской партии, Джаляля Талабани.
 

Павел Талабани, сын Джаляля Талабани, основателя ПСК (источник: http://kurdistan.ru/2017/10/17/news-30821_Pavel_Talabani_podpi.html)


Еще раньше стало известно, что в Ирак (в качестве «военного советника шиитских ополчений») прибыл широко известный на Ближнем Востоке генерал-майор Касем Сулеймани, руководитель спецподразделения Корпуса стражей исламской революции «эль-Кудс» с целью «выступить посредником в переговорах о территориальной принадлежности Киркука». Не исключено, что в ходе своей миссии он также будет устанавливать контакты с туркоманами, общины которых традиционно представляют собой проводников турецких интересов, причем не только на севере Ирака, но также в Сирии. К такому предположению можно прийти, учитывая, что основным занятием Касема Сулеймани до начала войны с ИГИЛ и оказания поддержки сирийскому руководству «на земле» было налаживание связей между руководством ИРИ и шиитскими общинами Ирака и Ливана с целью создания т.н. «шиитской дуги» – своего рода «шиитского интернационала», представляющего потенциальную угрозу для США как основного противника Ирана (равно как для ключевых региональных союзников Америки – Саудовской Аравии и Израиля).
 

Прославленный иранский генерал-майор КСИР Касем Сулеймани на подступах к Киркуку
(источник: https://vk.com/kurdistananurani?z=photo-26399191_456259057%2Falbum-26399191_00%2Frev)
 

Туркоман (предположительно киркукский) демонстрирует лояльность по отношению к Турции
(источник: https://pp.userapi.com/c837328/v837328943/76aa3/NPzZU3VyunI.jpg)


Согласно девяти пунктам сепаратного договора пешмерга ПСК (т.н. «талабанисты») обязуются осуществить возврат всех спорных территорий, а также передать в управление багдадскому правительству все объекты нефтедобывающей и нефтеперерабатывающей индустрии Киркука («стратегические объекты»), все нефтяные поля, а также аэропорт и военную базу. Багдад, в свою очередь, берет на себя обязательства по выплате жалования пешмерге Талабани и чиновников Киркука и Сулеймании (оплота талабанистов). Данный договор означает, что руководство ПСК де-факто отвергает уже провозглашенную независимость Иракского Курдистана, бывшую изначально, действительно, в большей степени инициативой иного курдского клана – Барзани, политически оформленного в виде Демократической партии Курдистана (ДПК). Возглавляется она в настоящее время Масудом Барзани, являющимся, до 1 ноября этого года, также президентом Иракского Курдистана (притом, что он уже дал обещание не баллотироваться на следующих выборах). Таким образом, «блокируясь» с багдадским правительством, клан Талабани усиливает собственные позиции, претендуя на перераспределение ренты с добычи природных ресурсов, однако в рамках единого Ирака, а не в качестве представителей независимого государства. Говоря иными словами, в случае сохранении означенных тенденций, мы уже очень скоро можем стать свидетелями параллельного существования двух «Иракских Курдистанов». Первый, «талабанистский» будет существовать в составе Ирака, будучи более или менее лояльным по отношению к Багдаду (а, стало быть, и Тегерану). Второй же, «барзанистский» будет отстаивать свою независимость, в том числе – с оружием в руках: постольку, поскольку это будет возможно и необходимо – по аналогии с тем, как это делают их турецкие братья из Рабочей партии Курдистана (РПК) на территории Турции, где курманджи долгое время подвергался гонениям, а сама РПК была (и остается) запрещенной, будучи приравненной к террористической организации.

Как показало падение Киркука, интересы и амбиции ключевых курдских кланов несовместимы настолько, что никакое сотрудничество на почве совместного противостояния иракцам и шиитам не представляется возможным. Более того, необходимо отметить разницу между этими кланами в том числе в идейном, «идеологическом» аспекте, а именно – принадлежности к разным суфийским тарикатам, исламским религиозным орденам (Барзани – накшбандии, Талабани - кадирии), что также немаловажно в контексте этнокультурной специфики ближневосточного региона. Все эти факторы, конечно, накладывают свой отпечаток на отношения кланов между собой, превалируя, в конечном итоге, над любыми соображениями «общекурдской солидарности».

В данной ситуации, когда, вследствие проведенного референдума, вся система отношений в регионе утратила равновесие, возможны самые разные сценарии дальнейшего развития событий. Уже слышны голоса скептиков, утверждающих, что теперь иракская армия нацелена на Эрбиль (оплот клана Барзани) и не остановится до тех пор, пока не возьмет его штурмом как Киркук. Во всяком случае, на данный момент иракские СМИ распространяют именно такую повестку дня; одновременно с этим вчера началось движение правительственных войск на восток, в сторону Эрбиля. Согласно заявлению Ezidi Press, езидский город Шангал также был сдан пешмергой без боя (впрочем, симпатии самих езидов, насколько можно судить, оказались на стороне пришедших иракцев). Вместе с этим, однако, необходимо отдавать себе отчет в том, что это может оказаться не более чем тактической уловкой с не столько военным, сколько политическим целеполаганием; призванной припугнуть Барзани и охладить пыл его сторонников, принудив начать играть по правилам багдадского правительства под предлогом предотвращения бессмысленного кровопролития.
 

Карта Иракского Курдистана (источник: https://vk.com/kurdistananurani?z=photo-26399191_456259375%2Falbum-26399191_00%2Frev)


С «прикладной» точки зрения более реалистичным представляется сценарий, при котором иракцы и турки координируют свои усилия, нацеленные на предельное ослабление сил курдов и, прежде всего, их разобщение (достигаемое за счет блокирования дорог и проходов). В частности, именно этой цели призвана текущая военная операция турецких вооруженных сил, проводимая на северо-западе Сирии в окрестностях города Идлиб. Если этим антикурдским силам удастся объединить свои усилия, то и РПК, и ДПК окажутся в крайне уязвимом положении, когда против них объединятся все региональные державы – а вместе с ними и «молчаливое большинство» мирового сообщества. Впрочем, и в этом случае не исключено внезапное вмешательство американцев в том случае, если они сочтут курдов небесполезными с точки зрения своих национальных интересов в ходе принятий решений о послевоенном устройстве Сирии (возможно, и Ирака), а вместе с ними – обновленной системе региональной безопасности в целом. Так, в частности, США довольно продолжительное время поддерживали сирийских курдов (в лице Демократического союза) притом, что Турция выступала резко против этого сотрудничества, однако никак не могла ему воспрепятствовать.

Таким образом, с тактической точки зрения ситуация в регионе разворачивается не в пользу курдов. Из этого, в свою очередь, можно сделать «стратегический» вывод, согласно которому произошел фактический провал их проекта построения независимого государства. Нельзя, конечно, сбрасывать со счетов исключительно сложную внешнеполитическую обстановку. Однако фактор внутренней разобщенности также не следует умалять. Не исключено, что объединенным силам пешмерга ДПК и ПСК удалось бы удержать Киркук – или, как минимум, сдержать наступление иракских войск и продолжить затем скоординированно отражать их атаки уже в пределах своей автономии (если бы у иракцев к тому моменту еще оставалось бы желание и силы в нее вторгаться). Теперь же курды (речь идет, прежде всего, о ДПК) будут в меньшинстве даже у себя дома.. Что касается ПСК, то выиграв тактически, стратегически они сузили диапазон своих дальнейших ходов, т. к. из-за своей вероломной политики остались теперь в одиночестве среди всех курдских группировок. Это, в свою очередь, означает, что тому же иракскому правительству теперь будет легче сбивать их «сделочную позицию» на любых переговорах и просто подавлять в случае необходимости – в том числе и физически.
 

Премьер-министр Ирака Хайдер Аль-Абади (источник: https://vk.com/kurdistananurani?z=photo-26399191_456258945%2Falbum-26399191_00%2Frev)



Впрочем, в этом смысле курды как народ являются жертвами той фактически феодальной, патримониальной системы общественных отношений, что они до сих пор не сумели (или, возможно, не захотели) изжить. Именно поэтому их идеи об обретении «общекурдской независимости» остаются утопией, разбиваясь об узкие клановые интересы, представления о том, что интересы своего клана представляют большую ценность, нежели всех курдов вместе взятых (как некого «общенародного единства»). Это объяснимо в том смысле, что курдской нации в строго научном смысле этого слова не существует, т.к. нации возникают лишь там, где на протяжении довольно продолжительного периода времени воспроизводятся капиталистические отношения, разрушающие предыдущий, феодальный уклад с характерной для него обособленностью каждой отдельно взятой социальной единицы – общины. По всей видимости, именно по этой причине разного рода социальные эксперименты в духе общинного социализма реализуются в настоящее время в Рожаве – Сирийском Курдистане (который, возможно, уже очень скоро окажется под угрозой прямой турецко-иракской интервенции). В свою очередь, причина отсутствия политической платформы, способной примирить интересы всех существующих в Иракском Курдистане политических сил кроется в том, что экономические связи кланов Барзани и Талабани гораздо прочнее связывают их соответственно с Турцией и Ираном, нежели друг с другом – что, в свою очередь, детерминирует ту внешнюю политику (точнее – внешние политики), которые курды (разные их элитные группы) проводят – прежде всего, по отношению друг к другу. Именно по этой причине идея единого Курдистана так, скорее всего, и останется на бумаге. Во всяком случае, в настоящий исторический момент объективных предпосылок для его возникновения нет.



Что касается наших интересов, то они заключаются в стабилизации обстановки в регионе – и коль скоро сами курды не способны, по всей видимости, создать никакой жизнеспособной альтернативы нынешнему своему положению, необходимо всемерно поддерживать тот статус-кво, что существовал на Ближнем Востоке до начала Арабской весны. Иное дело, что курды могут оказать нам значительную помощь в ходе предстоящих переговоров с США, Турцией и Ираном по поводу послевоенного устройства Сирии, поэтому игнорировать их представления об их собственных интересах также не следует.

Помимо этого, в связи со взятием Киркука правительственной армией Багдада, необходимо отметить, что наша государственная транснациональная корпорация «Роснефть» оказывается теперь в двусмысленном положении, поскольку уже заключила договор с автономным правительством Иракского Курдистана о приобретении нефти, идущей по нефтепроводу из Киркука в Турцию – однако соглашение это было достигнуто в обход официального Багдада (равно как соглашение об управлении этим нефтепроводом «Роснефтью»). Таким образом, теперь можно утверждать с определенной долей уверенности, что реализация запланированного газопровода в Турцию (и дальше в Европу) будет согласовываться уже с багдадским руководством. Хотя, кто знает – быть может, без посредничества курдов в лице клана Талабани не обойдется и в этот раз.

Автор: Ильяс-эфенди

Подпишитесь на нас Вконтакте, Google plus, Одноклассники

1562

Похожие новости
16 декабря 2017, 17:24
15 декабря 2017, 18:39
16 декабря 2017, 10:54

16 декабря 2017, 23:54
17 декабря 2017, 09:39
16 декабря 2017, 10:54

Новости партнеров
 
Loading...
 

Выбор дня
17 декабря 2017, 21:12
17 декабря 2017, 22:24
17 декабря 2017, 22:39
17 декабря 2017, 21:24
17 декабря 2017, 23:54

Новости партнеров
 

Новости партнеров

Комментарии
 

Популярные новости
16 декабря 2017, 19:12
12 декабря 2017, 12:39
13 декабря 2017, 11:24
15 декабря 2017, 08:24
12 декабря 2017, 09:24
12 декабря 2017, 09:24
17 декабря 2017, 09:39