Правдивые новости России,
Украины, Беларуси и мира

Главная
В России В мире Украина Политика Аналитика Видео Война Карикатуры

Повторение пройденного

style="max-width:



Предисловие. Данное сообщение является внеплановым по теме «Неожиданная война гитлеровской Германии с СССР», и в нем повторно будут рассмотрены отдельные события, уже известные постоянным читателям. Будет рассмотрено много второстепенных деталей (вероятно, неинтересных большинству) одного события – полета самолета У-2 в ЗапОВО 17-18 июня 1941 года. Поэтому, возможно, следует это сообщение пропустить… Автор заранее просит прощения у тех читателей, чье мнение расходится с предлагаемой версией событий, подтверждение которой не имеет документальных фактов.


В тексте использованы следующие сокращения: ап – артполк, ВО – военный округ, ВС – вооруженные силы, ГШ – Генеральный штаб, иад – истребительная авиадивизия, КА – Красная Армия, кд (кп) – кавалерийская дивизия (полк), мд – моторизованная дивизия, мк – механизированный корпус, ПВ – пограничные войска, пд (пп) – пехотная дивизия (полк), РО – разведывательный отдел, РС – разведывательное сообщение (сводка), РУ – Разведывательное управление, тд (тп) – танковая дивизия (полк).



Повторение пройденного На сайтах попросили автора рассмотреть разведывательный полет в июне 1941 года, а также изучить труды одного из писателей. Поскольку данное предложение не противоречит теме основного сообщения и связана с Директивой ГШ от 18 июня 1941 года, то автором подготовлено данное сообщение. Из-за большого числа повторений и не особо нужной частной деталировки данная статья не вошла в цикл о "Неожиданной войне..."

Напомню Вам отдельные события, рассмотренные в предыдущих частях цикла сообщений, которые по мнению автора связаны с рассматриваемым полетом.

Все РС о ВС Германии (от советских послов из Германии и других стран; резидентов внешней разведки НКГБ; военных атташе, резидентов военной разведки и разведки ВМФ; сводки от ПВ НКВД; донесения агентов разведывательных служб (нелегальных и легальных (например, служащих, периодически проезжающих по железным дорогам Рейха)) и сводки РО ВО, касающиеся ВС Германии, использовались РУ ГШ КА для создания единых разведывательных сводок о ВС Германии для военно-политического руководства. С любым документом, который был связан с нападением на СССР, работал И. Сталин.

Во второй половине июня 1941 года, когда дезинформация со стороны Германии достигла максимума, РУ ГШ и Управление внешней разведки НКГБ подготовили документы о сведениях, которые удалось добыть советской разведке о подготовке Германии к нападению на СССР. С началом войны документы устарели и потеряли свою актуальность. Когда иногда на сайтах пишут о существовании неких более секретных РС, которые еще засекречены и не вошли в указанные документы, то вероятно предполагают, что и Сталин не имел допуска к указанным сведениям...

Рассмотрим, что сообщало РУ КА (в т.ч. используя информацию РО ВО) о периоде с середины июня 1941 года. Поскольку нас интересует полет вдоль границы ЗапОВО, то ограничимся только этим направлением.

РС №5 РУ ГШ КА 15.06.1941 г. «Общая численность германской армии на 1.06.41 г. определяется в 286—296 дивизий… Общее количество германских войск на нашей западной границе (включая Молдавию и Добруджу) на 1 июня достигает 120-122, в том числе: 14 тд и 13 мд.

По направлениям германские войска распределяются:

…б) на Варшавском направлении (против ЗапОВО) 30 дивизий, в т.ч. …1 мд, 1 тд и 6 тп (всего 4 тд), 1 кд и 8 кп;

…г) в районе Данциг, Познань, Торн — 6 пд, 1 кп…»

В соответствии с РС РУ ГШ КА количество германских дивизий в группе армий «Центр» (против ЗапОВО) составляло: на 15 мая30 дивизий (из них 5 тд и мд), на 1 июня30 (6), на 15-20 июня30 (6). За месяц количество дивизий, которые можно было использовать против ЗапОВО, не изменилось.

РС РО ЗапОВО (за 1,5 суток до начала войны): «Совершенно секретно. Немецкое командование за последние дни производит усиленные переброски войск — пехоты, артиллерии и танков к границам СССР.

1. В конце мая 3 и 9 ап из Бяла-Подляска и 27 кп из Межиречье убыли к границам СССР.

17 мая в Бяла-Подляска прибыло пять бронепоездов. В течение 1-8.6.41 через Варшаву в направлении Тересполь отмечено движение 18 тд, в авангарде следовал 11 тп.

4-10.6. в район Варшава, Прага сосредотачивалась 38 тд.

На р.Висла отмечены части флотилии с №№ 60, 300, 500, 600. Номера не расшифрованы.

С 4 по 6 июня через ст.Рембертов в восточном направлении (конечный пункт не установлен) проследовало до 10 воинских эшелонов с пехотой, артиллерией и тыловыми подразделениями.

По непроверенным данным, штаб восточной группы в конце апреля передислоцировался в Отвоцк (4 км с-в. Карчев). В районе Кодень отмечено до 100 танков.

18 мая на аэродроме Беляны установлено до 125 истребителей. На аэродроме Пулавы — 50 бомбардировщиков.

В конце мая из Пулавы на Люблин проследовало до пехотной дивизии.

В Рожанка (10 км сев. Влодава) прибыл 475 пп.

С 6 по 12 июня через Минск Мазовецки на Седлец проследовало:
280 машин с пехотой (по 20—22 чел. на машине); 900 машин с пехотой, часть из них проследовала на Люблин;
15 пушек более 150 мм, 12 пушек — 150 мм и 12 пушек 105 мм; 75 орудий ПТО — 37 мм; зенитных орудий: 17 — 37 мм и 60 — 105 мм; 100 танков.

В районе Янув-Подляски доставлено до 35 самолетов, якобы в разобранном виде.

По непроверенным данным, в Соколов приезжал генерал фон КЛЮК для укомплектования армии из частей, прибывающих из Югославии и Франции.

2. По агентурным и радиоданным, штабы корпусов установлены в следующих пунктах: Радин, Луков, Межиречье. По данным радиоразведки, в районе Варшава установлены две крупные радиостанции, самостоятельно поддерживающие связь со штабом главного командования — Берлин. Возможно, одна из радиостанций принадлежит штабу восточной группы, передислоцировавшегося в Отвоцк, вторая — штабу 8 армии.

За период с 8 по 14 июня отмечены наиболее интенсивные полеты самолетов в пунктах: Кенигсберг — 41; Данциг — 35; Варшава — 51; Бреслау — 99.

3. По данным РО ПрибОВО на 16.6, в Клайпеда дислоцируется 291 пд, Шилуте — 161 мд, Нейкрих — 217 пд, Тильзит — 158 и 290 пд и 8 мд.

С 11.6. началась эвакуация семей офицеров из Клайпеда и Шилуте. В конце мая в Сейны прибыли — штаб 26 пд, 12 пп, 110 кп, танк.бат и самокатный батальон…

Вывод:

1. Подтверждаются ранее поступившие данные об интенсивных перебросках немецких войск к границам СССР, главным образом в р-ны Сувалки и Седлец.

2. Данные о передислокации штаба Восточной группы в Отвоцк и о 18 и 38-й тд требуют дополнительной проверки.

3. За последние дни в армии наблюдаются многочисленные случаи дезертирства и невыполнения приказов, но армия в целом представляет из себя мощный оплот германского фашизма.

Начальник РО Штаба ЗапОВО полковник БЛОХИН
Начальник 3 Отделения РО майор САМОЙЛОВИЧ 21.6.41г.»

Из приведенного РС видно, что в нем не содержится никакой экстра-важной информации о возможном начале войны 22 июня. Утром 21 июня это сообщение было доложено руководству ВО.

РО ЗапОВО обнаружил 19 «новых» германских дивизий (доведя общее количество дивизий на границе против округа до 49) только при их выходе в исходные районы для нападения на СССР 21.06.41 г. Данное РС от 20-00 21.06.41 попало к командованию только в 15-20 22.06.1941 г. Начальник РО поздно вечером пытался донести новую информацию до командующего ВО… Вероятно, все испортило предыдущее РС, доведенное за 12 часов до этого и имеющее "достаточно мирное содержание"…

Ранее автором была изложена версия событий, показывающая, что Директивы ГШ КА от 18 июня не могло быть из-за неверия руководства Наркомата Обороны и ГШ в полномасштабную войну с Германией в двадцатых числах июня. По мнению писателей, в соответствии с данной Директивой ГШ войска округов [ОдВО, КОВО, ЗапОВО, ПрибОВО и ЛВО] должны были быть приведены в боевую готовность к 21 июня. Основываются эти рассуждения, в основном, на Приказе командующего войсками ПрибОВО от 18 июня. Когда заходит речь о выводе в запасные районы сосредоточения 12 МК из состава ПрибОВО (поднят 16.06.41 в 23-10), то начинаются рассуждения о том, что МК поднимались по Директиве ГШ от 12-13 июня в соответствии с которыми передислоцировались и резервы округов (так называемого 2-го оперативного эшелона округа) и МК приграничных армий. В 4-й части статьи мы рассмотрели вопрос, связанный с подъемом МК в пяти ВО. Выяснились весьма любопытные детали: все МК были подняты только в ПрибОВО (их было два). В КОВО подняты только соединения 19-го мк и 8 тд (из состава 4 мк).

Вот выдержка из одной из Директив ГШ № 504205 ов/сс от 13.06.1941 г. "Для повышения боевой готовности войск к 1 июля 1941 все глубинные дивизии и управления корпусов с корпусными частями перевести ближе к госгранице в новые лагеря... 1) 31 ск - походом; 2) 36 ск - походом; 3) 55 ск - походом; 4) 49 ск - по железной дороге и походом; 5) 37 ск - походом." По состоянию на утро 22 июня данные части находились в 200-250 км от госграницы и ни как не могли занять оборонительные позиции на госгранице. Интересно, что они вышли в поход только 17-18 числа. А места лагерей для них располагались в зоне расположения МК армий прикрытия (так называемой второй линии). А оттуда еще не один переход стрелковых войск к госгранице... Все достаточно логично: на территорию КОВО прибывали новые соединения, которые (частично) вошли в состав резервов округа. Поэтому соединения резервов округа переводились поближе к госгранице (но не к приграничным дивизиям). Читателям самостоятельно следует определиться в своей версии событий: или руководство всех округов были предателями, или Директивы 18 июня просто не существовало.

В той же части было показано, что Нарком Обороны и начальник ГШ не были должным образом подготовлены к передаче Директивы №1 в войска в ночь с 21-го на 22-е июня, а также не приняли на себя ответственность по доведению и разъяснению этой пространной Директивы до военных советов ВО по другим линиям связи. В результате руководство ВО оказалось в сложной ситуации и при начале войны официальный приказ на открытие огня пришлось принимать либо командирам дивизий и полков, либо открывать с запозданием...

Руководство КА верило в провокационные военные действия на границе и не верило в полномасштабную войну. РУ ГШ (с помощью других разведслужб) на тот период смогло обнаружить на западной границе СССР 129 германских дивизий (из них до восьми – в районах несколько удаленных от госграницы). По оценке же ГШ КА германским военным для нападения на СССР в июне месяце требовалось до 220 дивизий (без учета соединений союзников).

Совершались ли разведывательные полеты советских самолетов в июне 1941 года? В книге историка А. Исаева «1941. Остановленный блицкриг» говорится о наблюдении немцами активности советской разведывательной авиации, действовавшей без нарушения границы соседа. В донесениях мелькают сообщения типа «два самолета-разведчика барражировали вблизи границы» или «5 русских самолетов-разведчиков пролетели вдоль границы на высоте около 1000 м». 8 июня 1941 г. зафиксировано достаточно долгое нахождение советского самолета над немецкой территорией: «В 12-05 перелетел границу русский моноплан. Направление полета: Кольно – Винчонта – Турау. В 13-05 самолет перелетел границу в обратном направлении».

Поскольку в дезинформационных действиях принимало участие руководство Германии, специальные службы, дипломатический аппарат и многие другие министерства и службы, то и немецкое Верховное Командование должно было учитывать воздействие советской разведки. В частности, возможного появления советских разведывательных самолетов у границы и над германской территорией.

Имеется упоминание о разведывательном полете в июне 1941 года в книге Г.Н. Захарова «Я – истребитель»: «...Где-то в середине последней предвоенной недели - это было либо 17, либо 18 июня 1941 года - я получил приказ командующего авиацией ЗапОВО пролететь над западной границей. Протяженность маршрута составляла километров четыреста, а лететь предстояло с юга на север - до Белостока.

Я вылетел на У-2 вместе со штурманом 43-й иад майором Румянцевым. Приграничные районы западнее государственной границы были забиты войсками. В деревнях, на хуторах, в рощах стояли плохо замаскированные, а то и совсем не замаскированные танки, бронемашины, орудия. По дорогам шныряли мотоциклы, легковые - судя по всему, штабные - автомобили. Где-то в глубине огромной территории зарождалось движение, которое здесь, у самой нашей границы, притормаживалось, упираясь в нее, как в невидимую преграду, и готовое вот-вот перехлестнуть через нее.

Количество войск, зафиксированное нами на глазок, вприглядку, не оставляло мне никаких иных вариантов для размышлений, кроме одного-единственного: близится война. Все, что я видел во время полета, наслаивалось на мой прежний военный опыт, и вывод, который я для себя сделал, можно было сформулировать в четырех словах – «со дня на день»...

Мы летали тогда немногим больше трех часов. Я часто сажал самолет на любой подходящей площадке, которая могла бы показаться случайной, если бы к самолету тут же не подходил пограничник. Пограничник возникал бесшумно, молча брал под козырек и несколько минут ждал, пока я писал на крыле донесение. Получив донесение, пограничник исчезал, а мы снова поднимались в воздух и, пройдя 30-50 километров, снова садились. И снова я писал донесение, а другой пограничник молча ждал и потом, козырнув, бесшумно исчезал. К вечеру, таким образом, мы долетели до Белостока и приземлились в расположении дивизии Сергея Черных.

В Белостоке заместитель командующего ЗапОВО генерал И.В. Болдин проводил разбор недавно закончившихся учений. Я кратко доложил ему о результатах полета и в тот же вечер на истребителе, предоставленном мне Черных, перелетел в Минск.

Командующий ВВС округа генерал И.И. Копец выслушал мой доклад с тем вниманием, которое свидетельствовало о его давнем и полном ко мне доверии. Поэтому мы тут же отправились с ним на доклад к командующему округом.

Слушая, генерал армии Д.Г. Павлов поглядывал на меня так, словно видел впервые. У меня возникло чувство неудовлетворенности, когда в конце моего сообщения он, улыбнувшись, спросил, а не преувеличиваю ли я. Интонация командующего откровенно заменяла слово "преувеличивать" на "паниковать" - он явно не принял до конца всего того, что я говорил. Тогда Копец, опередив меня, заявил, что нет никаких оснований брать мой доклад под сомнение, и командующий округом, чтобы сгладить возникшую неловкую паузу, произнес несколько примирительных по тону фраз и поблагодарил за четко выполненное задание. С этим мы и ушли…»

Поскольку в настоящее время другой опубликованной информации, подтверждающей этот полет, не существует, то, по предварительной оценке, можно сказать: вероятность того, что полет действительно был совершен, составляет 50%. Вероятность того, что это может быть «военная байка», также составляет 50%. Любой человек может верить в это событие или нет. Мы уже встречались в предыдущих частях с некорректными трактовками событий в мемуарах...

А как рассматривают этот полет некоторые писатели (к сожалению, их несколько): «…А теперь не сочтите за обременительный труд глубоко вдуматься в суть того, что же на самом деле сделали Сталин и Берия. Ведь перед вами блистательное описание молниеносно осуществленной воздушной разведки по всей линии границы ЗапОВО! И не просто воздушной разведки, а осуществлявшейся в режиме реального времени. Потому как каждые 30–50 км Захаров сажал самолет и писал срочное донесение, а заранее знавшие о прибытии такого самолета пограничники молча принимали и отправляли по назначению донесение Захарова. Более того. В режиме реального времени, но в течение одного светового дня была собрана интегральная разведывательная информация о военных приготовлениях вермахта к нападению на СССР на самом опасном с точки зрения советского руководства направлении — Белорусском! В масштабе всей границы ЗапОВО!

Остаётся только добавить, что с 0.45 до 1.50 17 (так указано в «Журнале посещений кабинета Сталина», на самом же деле уже 18-го) июня 1941 г. у Сталина на приеме был командующий ВВС РККА Жигарев, который и получил указание немедленно организовать такую воздушную разведку. Ну а Берия немедленно организовал своих орлов — пограничников. Вот так Сталин отнесся к доложенной ему 17 июня разведывательной информации. Потребовал перепроверить все данные нетрадиционным способом, но в режиме реального времени и только интегральным образом. Причём на самом опасном и самом важном направлении — на Белорусском, в масштабе всей линии границы Западного Особого военного округа.

В результате предпринятых действий полностью и однозначно была перепроверена вся разведывательная информация о грядущем нападении, и у Сталина сложилась совершенно ясная, не допускавшая двойных толкований картина происходящего. И именно поэтому-то, не дожидаясь третьего звонка, в тот же день, 18 июня 1941 г., Сталин дал указание направить всем командующим западных военных округов директиву о приведении вверенных им войск в полную боевую готовность… Проще говоря, Сталин использовал любые возможности, чтобы с абсолютной точностью удостовериться в неминуемости войны в самое ближайшее время. Ведь от обоснованности его действий зависело будущее державы. И когда он получил 100 %-ую обоснованность, последовала директива.»


Следует уточнить, что Белорусский театр военных действий ГШ КА рассматривался как второстепенный. "...Не исключена возможность, что немцы сосредоточат свои главные силы в Восточной Пруссии и на Варшавском направлении, с тем чтобы через Литовскую ССР нанести и развить главный удар в направлении на Ригу или на Ковно, Двинск. Одновременно необходимо ожидать вспомогательных концентрических ударов со стороны Ломжи и Бреста с последующим развитием их в направлении Барановичи, Минск..." (Из плана ГШ о стратегическом развертывании ВС СССР 11.03.1941). В разработанных новых "Планах прикрытия" ГШ предполагал, что немцы нанесут три сходящихся удара на Белосток и один на Барановичи (через Брест). Снова (по мнению специалистов ГШ) не стратегическая операция... Для парирования этой угрозы, считалось, что сил у ЗапОВО достаточно. Поэтому передислоцирующаяся резервная армия на территорию ВО не вошла в его состав (при необходимости она могла быть передислоцирована и в Прибалтику), в отличии от 16-й армии в КОВО.

Рассмотрим журнал посещения И. Сталина 17 июня 1941 года:
т.Молотов 20 ч. 15 м. Выход 1 ч. 50 мин
т.Каганович Л. 21 ч. 45. Выход 1 ч. 50 мин.
т.Шахурин 23 ч. 10. Выход 1 ч. 50 мин.
т.Петров 24 ч. Выход 1 ч. 50 мин.
т.Яковлев 24 ч. Выход 1 ч. 50 мин.
т.Жигарев 0 ч. 45. Выход 1 ч. 50 мин.

Жигарев прошел к Сталину в 0-45, в кабинете которого присутствовало еще 5 человек. На совещании помимо Молотова и Кагановича присутствовали представители авиапромышленности. С большой долей вероятности можно сказать, что на совещании обсуждались вопросы авиастроения и ВВС. Все указанные лица вышли одновременно. Берия отсутствовал. Если бы Сталин дал указание о воздушной разведке Жигареву, то Яковлев в своих мемуарах отметил бы этот факт. Если бы Жигарев задержался – это было бы отмечено в журнале. Поэтому утверждение об отдаче приказа Сталиным Жигареву 17.06.41 на проведение воздушной разведки на границе ЗапОВО не является подтвержденным фактом.

Кто вообще мог дать задание на разведывательный полет? Сталин, Берия, руководство Наркомата Обороны и ГШ, начальник РУ (через руководство ГШ или ВО), командующий войсками, зам.командующего и НШ ЗапОВО. Почему рассматривается именно Сталин, как лицо отдавшее приказ на проведение воздушной разведки? Потому что - это сенсация - ожидание войны вот-вот. Потому что Сталин хорошо ложится в версию «Разведывательный полет - Директива ГШ 18 июня - любая произвольная трактовка последующих событий». Единственное обоснование - это совместная работа военнослужащих разных Наркоматов. А вот ответить на вопрос: зачем была нужна совместная операция по воздушной разведке военнослужащими разных Наркоматов писателя не интересует. В разбирательстве данного события уже нет сенсации. Это разбирательство сводит все до обыденных деталей...

Сталин звонил Д. Павлову один раз - при Голованове (подтверждено) и, возможно, звонил неоднократно. Почему Сталин не дал такое распоряжение непосредственно командующему войсками ЗапОВО? Кто-нибудь из читателей думает, что Д. Павлов посмел бы не выполнить такой приказ? До деталей опускаются только "технари", у писателей все предельно ясно. Вероятно, они гораздо умнее автора, который не верит словам джентльменов…

Мог быть Г. Захаров назначен именно И. Сталиным на проведение воздушной разведки?

Из книги Г. Захарова: «...В конце сорокового года я снова был вызван в Москву на совещание. Совещание проходило в кабинете Сталина… Тогда Сталин обратился к Рычагову:

- Будет ли еще кто-нибудь выступать?

- Товарищ Захаров, - услышал я ответ Рычагова. Сталин кивнул. Я поднялся.

- Командир 43-й иад генерал-майор Захаров.

- Знаю…»

У Сталина была хорошая память. Он мог запомнить командира-летчика и выбрать именно его для выполнения данного полета.

Что такого важного могла сообщить разведка перед 17-18 июнем?

14.06.41 «Х»: «Информация из Берлина говорит о том, что военные приготовления продолжаются и в министерствах убеждены, что война будет начата в первой половине июня с. г.» (часть 2).

16.06.41 г. «Старшина»: «…Все военные мероприятия Германии по подготовке вооруженного выступления против СССР полностью закончены, и удар можно ожидать в любое время…» (часть 1).

16.06.41 г. английское руководство передало советскому послу карту со схемой германской группировки у советских границ. Согласно этим данным, в Польше находилось 76 дивизий (из них 2 тд и 2 мд), в Румынии, Венгрии и Словакии – 29 дивизий (из них 4 тд и 2 мд), предполагалась переброска 2 дивизий по Балтийскому морю и 2 дивизии из Скандинавии в Северную Финляндию. Всего на схеме было показано 109 германских дивизий (часть 2).

17.06.41 «Рамзай»: «…Германский курьер сказал военному атташе, что он убежден, что война против СССР задерживается, вероятно, до конца июня. Военный атташе не знает — будет война или нет…» (часть 2).

Зная, что Сталин изучает все документы об нападении на СССР, можно предположить, что теоретически он мог дать задание на полет после ознакомления с сообщениями от 16 июня 1941 года.

Кому Сталин дал бы задание на проведение такого полета? Явно не командующему ВВС КА, т.к. командующему ВВС ЗапОВО пришлось бы ставить в известность об этом задании командующего войсками ВО - Д. Павлова (не надо придумывать версию об особой секретности и сокрытии этого задания от Павлова - это глупость). Сталину проще дать задание Наркому Обороны или непосредственно Павлову. Если бы приказ исходил от Сталина или руководства Наркомата Обороны (начальника ГШ), то командующий ЗапОВО просто дал приказ на выполнение этого полета и в максимально короткие сроки доложил бы о результатах полета в Москву. Ему в этой ситуации не надо думать о точности доставленных сведений - главное выполнить приказ. Из мемуаров мы видим, Д. Павлов недоверчиво отнесся к докладу, потому что ему теперь следовало доложить об этом полете в Москву. А из информации, приведенной выше, мы знаем, что РУ ГШ (и РО ЗапОВО в частности) не имели сведений об увеличении численности германских дивизий – их все также осталось 30. Нарком обороны и начальник ГШ были обязаны верить этим РС.

Всего два вопроса: 1) Почему Сталин не дал приказ о разведывательном полете лично Л. Берии? 2) Или сам Берия не отдал такой приказ? (Ведь это логично – перепроверить военных!)

В Белостоке располагалось Управление ПВ НКВД БССР (начальник управления – генерал И.А. Богданов). В районе деревни Королино (в 6 км юго-западнее города Гродно) размещалась 10-я отдельная авиационная эскадрилья ПВ, подчиненная управлению ПВ НКВД БССР. В состав эскадрильи входили четыре авиазвена по три самолета-разведчика "Р-10" (к эскадрилье был приписан и 13-й самолет И.Богданова). Полеты осуществлялись с полевых площадок, расположенных вблизи застав, комендатур и отрядов. Экипажи самолетов ежедневно осматривали контрольно-следовую полосу и вели разведку в приграничье. Сведения, собранные в полетах, передавались командованию ПВ. Конечно же, из Белостока РС поступали в Москву. Получается, Берия из перечисленного выше списка лиц, которые могли отдать приказ на разведывательный полет, уже отпадает - ему это было неинтересно. Точно так же, как отпали и другие москвичи...

Государственную границу в пределах ЗапОВО охраняли четыре пограничных отряда: 86-й (Августов), 87-й (Ломжа), 88-й (Шепетово), 17-й (Брест).

style="max-width:



На рисунке отмечены места расположения пограничных отрядов. Также на рисунке приведены пять населенных пунктов, для которых ниже приведены подробные послевоенные карты местности (вряд ли растительность сильно изменилась).

style="max-width:



style="max-width:



style="max-width:



style="max-width:



style="max-width:



Мы видим, что с немецкой стороны имеется достаточно большое количество лесных массивов и рощ. Должны еще существовать множество небольших по площади мест, засаженных деревьями и кустарником, которые не указаны на картах. Наличие "зеленых" зон позволяет маскировать военную технику или располагать ее на западной стороне, которая не просматриваются при проведении разведывательных полетов вдоль границы советскими самолетами. Немцам было где прятать свою военную технику.

Рассмотрим отдельные детали описанного выше полета.

1) Протяженность маршрута составляла километров четыреста – это расстояние соответствует вылету с аэродрома вблизи города Брест, полету вдоль границы до зоны разграничения ЗапОВО - ПрибОВО и следовать далее на аэродром, расположенный у Белостока.

2) Г. Захаров летел со штурманом. При посадках он писал на крыле донесение, следовательно, пилотировал самолет штурман. Значит наблюдение, в основном, производил Захаров.

3) Г. Захаров часто сажал самолет на любой подходящей площадке, которая могла бы показаться случайной, если бы к самолету тут же не подходил пограничник.

Почему не указываются места посадок? Секретности эти сведения на момент написания книги уже не представляли. Само событие описывается подробно, а этот момент вскользь. То ли автор не мог припомнить: где именно приземлялся самолет. То ли это «байка» и места приземления не указывается для того, чтобы "не уличили" выжившие свидетели-пограничники. Снова 50% на 50%. Кроме того, отсутствие в мемуарах упоминания о строениях (расположенных неподалеку), говорит о том, что не использовались полевые площадки для самолетов 10-й отд.эскадрильи вблизи комендатур и отрядов. Снова вопрос: зачем такие сложности с секретностью посадочных площадок? Мы уже знаем, что разведывательные полеты самолетов "Р-10" вдоль границы и так происходили ежедневно, немцы о них знали и обязаны были предусматривать их полеты при своих приготовлениях к нападению. А вот необычная посадка армейского У-2 на площадках ПВ НКВД могла надолго остаться в памяти авиационных специалистов-пограничников. Слишком много необъяснимых сложностей и странностей...

4) «…Пограничник возникал бесшумно, молча брал под козырек и несколько минут ждал, пока я писал на крыле донесение. Получив донесение, пограничник исчезал, а мы снова поднимались в воздух».

Люди, не особо понимающие специфику режима секретности, понимают так: есть допуск к сведениям, например, к «ов» и военнослужащий допускается ко всему. Это не так. Есть и другой термин «разграничение допуска» - каждый допускается к тому, с чем имеет дело по службе. В ГШ в 1941 году имелись десятки офицеров с допуском к документам «ов», а, например, в ШО могли войти меньше 10 человек из руководства ГШ. В руководстве армий и корпусов – таких людей было всего двое. Все РС (не только от агентуры) имеют гриф секретности «сс». Летчик обязан был запечатать РС. Но в книге это не описано. Снова 50% на 50%: то ли автор забыл или не придал значение, то ли это байка. Нам не известно ни одного случая (отмеченного в СМИ) передачи совершенно секретных документов без расписок или отметок в журнале из рук в руки военнослужащих в предвоенное время, кроме описанного случая…

5) «Получив донесение, пограничник исчезал, а мы снова поднимались в воздух и, пройдя 30-50 километров, снова садились. И снова я писал донесение, а другой пограничник молча ждал и потом, козырнув, бесшумно исчезал…»

При совершении полета непосредственно вдоль границы самолет пролетел около 350 км. Следовательно, он мог приземляться для отправки РС от 7 до 10 раз.

Для трактовки этого странного события писатель предложил версию: «…Перед вами блистательное описание молниеносно осуществленной воздушной разведки по всей линии границы ЗапОВО! И не просто воздушной разведки, а осуществлявшейся в режиме реального времени. Потому как каждые 30–50 км Захаров сажал самолет и писал срочное донесение…»

Писателям просто – у них нет вопросов… Как и куда доставлялось РС? По идее, в пограничный отряд. Далее в управление ПВ НКВД, которое располагается в Белостоке. Так в Белосток и летел Г. Захаров и должен там быть быстрее этих РС! В Белостоке Захаров был на приеме у зам.ком.войсками ВО И.В. Болдина. Зачем такая сложная процедура с РС? Донесения никак не могли в режиме реального времени прибыть не только в Москву, но и прибыть в Белосток.

Как могли отправить РС из погранотряда в управление ПВ НКВД? Передать посыльным РС или передать шифровкой.

Мог ли быть в пограничном отряде шифровальщик? Был. На форуме погранвойск указывается, что в числе погибших 86-го отряда был Акулов Николай Тимофеевич, младший лейтенант, шифровальщик-делопроизводитель (пропал без вести 23.06.1941 г). По телефонной связи ВЧ передавать информацию грифа «сс» в мирное время не рекомендовалось. А была ли ВЧ-связь в погранотрядах БССР довоенного штата неизвестно. По мнению автора - маловероятно...

Направлять шифровку в пограничный округ – это потратить не менее двух раз по 40 минут и еще дополнительное время для передачи сообщений через узлы связи. Общее время могло составить более 2 часов. К этому времени еще необходимо добавить время перемещения пограничника от границы до пограничного отряда. Всего три посадки из 7-10 могли происходить на относительно недалеком расстоянии от месторасположения отряда (от застав, расположенных недалеко от расположения отряда это расстояние от 10 до 15 км. Для более удаленных застав - это расстояние увеличивалось в разы). Зачем нужны еще 4-7 посадок и такие сложности с донесениями? Снова странности... То ли было, то ли нет, то ли садился всего 3 раза. Странно, что писатель об этом не думал. А зачем нужен писатель, который не думает?

6) «…Где-то в глубине огромной территории зарождалось движение, которое здесь, у самой нашей границы, притормаживалось, упираясь в нее, как в невидимую преграду, и готовое вот-вот перехлестнуть через нее. Количество войск, зафиксированное нами на глазок, вприглядку, не оставляло мне никаких иных вариантов для размышлений, кроме одного-единственного: близится война. Все, что я видел во время полета, наслаивалось на мой прежний военный опыт, и вывод, который я для себя сделал, можно было сформулировать в четырех словах – «со дня на день»...»

Нельзя исключать того, что на послевоенные воспоминания генерала Г. Захарова могли наложиться последующие события скорой войны. Он мог написать этот текст на основе «общеизвестной» версии событий в послевоенном обществе, в которую верил...

В рамках последнего этапа дезинформации германские войска преимущественно осуществляли передвижение к границе вечером после 18 часов.

С 10 июня 1941 года германские войска стали выдвигаться в исходные районы, которые располагались в 7-20 км от советской границы – для пехотных соединений и 20-30 – для танковых. С 18 июня дивизии первых эшелонов по ночам начали выдвигались в исходное положение для вторжения. К полудню 21 июня соединения немецких ВВС первого удара сосредоточились на аэродромах западнее Вислы, а вечером на малой высоте они перебазировались на оперативные аэродромы вблизи границы СССР.

Рассмотрим три документа немецких войск группы армий "Центр", которые охватывают последние мирные дни июня 1941 года. Выдержки из документов приводятся с «Персонального сайта историка Марка Солонина» (http://www.solonin.org/doc_3-ya-tankovaya-diviziya)

Журнал боевых действий 3 тд (из состава 24-го МК 2-й танковой группы)

«…09.06.41 Дивизия продолжает марш из старого в новый район расквартирования… Когда дивизия уже была в движении, её догнало указание командира штаба передвижений войск генерал-майора Борнеманн о том, что части 4-й тд в районе Lowicz-Bochaczew с 18-00 будут на отдыхе. Возникает опасность того, что передовые части дивизии столкнутся с аръергардом 4-й тд… После установления связи с 4-й тд выяснилось, однако, что её аръергардные части пройдут участок Lowicz-Bochaczew только в 2 часа [ночи]… Обсуждалось намерение добиться от командования корпуса замены боевого охранения 34-й пд двумя батальонами мотострелков, одним дивизионом лёгкой и одним тяжёлой артиллерии.

10.06.41 Дивизия отдыхает один день и вечером в 18-00 выступает из пункта выхода колонны через Варшаву в район Минск-Мазовецкий, Калушин…

11.06.41 …Дивизия вышла в 18-00 на трассу движения…

13.06.41 Подразделения докладывают о прибытии в новый район сосредоточения… Части в лесных лагерях настойчиво жалуются на мучения от комаров…

14.06.41 При переписке - как ранее уже было указано, для телеграфной (телефонной) связи - внутри дивизии и с вышестоящими инстанциями приказано ввести условные наименования. В приказе о рекогносцировке подразделениям приказано провести рекогносцировку исходных позиций. Восточнее запретительной линии предписана тщательная маскировка.

15.6.41 …9-й лёгкий зенитный дивизион, подчинённый дивизии, и первый дивизион 11-го зенитного полка по приказу командования корпуса выдвигаются вечером в район исходных рубежей. 83-й тыловой батальон выдвигается уже 16.6.41 в исходный район для проведения работ по улучшению дорог. Поскольку дивизия 16 июня в 0-00 принимает на себя контроль на участке границы, 3-й и 394-й мотопехотные полки получают особый приказ о замене [пограничников]. Усиленные передовые команды высылаются вперёд.

16.6.41 Приказ по дивизии о занятии исходных рубежей рассылается посредством офицеров-ординарцев в подразделения. В 4:00 дивизионный приказ о наступлении направлен в части… В 18-00 дивизия продолжает развёртывание на исходных позициях…

17.06.41 …Контроль маскировки, проведённый силами приданной 4-й Армии разведывательной авиации выявил совершенно неудовлетворительный уровень маскировки во время марша войск на восток, а также биваков и стоянок автомашин. Повторно обращается внимание подразделений на мероприятия по маскировке… Зенитной артиллерии и истребителям дано право незамедлительно открывать огонь по русским самолётам над немецкой территорией…

19.6.41 … Адъютант 104-го зенитного полка по поручению своего командира обсуждает с начальником оперативного отдела выход на позиции зенитной артиллерии и выражает серьёзнейшие опасения командира в отношение занятия позиций в ночь с В-2 на В-1 [на 21 июня], так как вследствие а) создаваемого шума, а также б) недостаточной маскировки от обзора с воздуха и земли… может раскрыть день начала операции[Зенитчики] выходят на окончательные перед наступлением позиции только в последнюю ночь.

По приказу командира дивизии происходят изменения в плане выдвижения, поскольку в ночь с В-3 на В-2 [на 20-е июня], помимо ранее назначенных частей, на исходные позиции вышли также 3-й мотоциклетный батальон, 1-й разведывательный батальон, 543-й и 521-й истребительно-противотанковые дивизионы; в ночь с В-2 на В-1 [на 21 июня] за 3-м батальоном 6-го тп выступили 1 и 2 батальоны того же полка. Таким образом, в ночь с В-1 на В, только штаб 5-й танковой бригады и штаб 6-го тп с оставшимися подразделениями полка выходят из района Радзынь в район исходных позиций.

20.6.41 Вышедшие из района Радзынь [64 км от советской границы] в соответствие с приказом командира дивизии части выходят, согласно плана, в район исходных позиций… Командование 4-й Армии похвально отзывается о проведении дивизией марша на восток.

21.6.41 …В 23:30 части докладывают о готовности и занятии последних исходных позиций.»

В ЖБС говорится о передвижениях войск в вечернее и ночное время, о размещении частей в лесных массивах. 17 июня говорится о неудовлетворительном уровне маскировки во время марша войск на восток – речь не идет о размещении войск у границы. Происходит замена подразделений пехотной дивизии двумя батальонами мотострелков и двумя дивизионами артиллерии. Отдельные части дивизии 20 июня находились в нескольких десятках километров от госграницы. Восточнее запретительной линии предписана тщательная маскировка. Чтобы не насторожить советских военных выход зенитных подразделений осуществляется в последнюю мирную ночь. С 16-го июня начинают выдвижение отдельные батальоны дивизии. Танковые батальоны начинают перемещаться к границе только в ночь с 20-го на 21-е июня. При этом батальоны не сосредотачиваются прямо у границы. На исходных позициях для нападения на СССР части сосредотачиваются в 23-30 21-го июня.

Журнал боевых действий 3-й танковой группы ([i]Танковая группа сосредоточена для боевых действий против ПрибОВО
)

«21.06.41 0-00 39-й и 57-й МК приняли свои участки (фронта) и сменили охранение ПД на границе…
20-20 57-й АК сообщает, что две бригады СС… блокируют продвижение 19-й тд...
Выдвижение Танковой группы происходило согласно плану. Возникшая ввиду малочисленности дорог и краткости ночей необходимость продолжения марша также и в дневное время, не помешала соблюдению секретности… Дивизии встали под прикрытие артиллерии, тяжелых орудий и зенитных пушек, превосходно замаскированные и готовые к наступлению…

22.06.41 02-00 Дивизии заняли исходные позиции.»

Также упоминается о перемещении частей танковой группы в вечернее и ночное время. 21 июня перемещение осуществлялось и в дневное время. Вблизи исходных рубежей для нападения на СССР части тщательно замаскировались.

Приказ 20 армейского корпуса (из состава 9-й армии)

«…2. Дивизии выдвигаются в своих районах… таким образом, чтобы они могли на рассвете дня "В" [22 июня] начать наступление. При этом следует стремиться к тому, чтобы наиболее сильные по своим возможностям подразделения были выдвинуты на исходные позиции только в ночь со дня «В-1» на день «В»...
Подтягивание к границе следует произвести… насколько это возможно поздно и незаметно. Оборону (защиту) исходных позиций следует ограничить самым необходимым; неоправданно высокие меры по защите позволят разведке противника преждевременно выявить наши намерения…»

Мы также видим, что части корпуса хотя и выдвигаются на исходные позиции с 18-го числа, однако от них требуется выдвигаться как можно позднее и незаметно.

Поскольку разведывательный полет проводился в зоне расположения частей группы армии "Центр", то автор представил небольшое количество документов вермахта, относящихся к данной группе армий. Все соединения этой группы армий должны были руководствоваться едиными распоряжениями о передвижениях войск. Аналогичные распоряжения прослеживается и у войск, сосредоточенных против ПрибОВО и КОВО. Следовательно, скрытность передвижения германских войск - это единая политика германского верховного командования.

Получается, что при проведении воздушной разведки пилот мог и не наблюдать танки. Их почти не было вблизи границы 17-18 числа. Может быть, пилот спутал танки с бронемашинами, бронетранспортерами или гусеничными транспортерами. Возможно, в составе разведывательных батальонов могло быть небольшое количество танков. Но глобальное передвижение войск днем к границе пилот не должен был наблюдать.

Мы не знаем на какой высоте летел самолет У-2 в этом полете. Возможно, на высоте около 1000 м. С высоты 1000 м линию горизонта видно до 120 км, а с 3000 м – до 200 км. Невооруженным глазом разглядеть неподвижный танк (даже без маскировки) на расстоянии 3 километра с самолета, летящего на высоте 1000 м, достаточно сложная задача. Танк типа Т-IY в этом случае будет представлять собой объект размером 17 мм, на который наблюдатель смотрит с расстояния 5 метров. К тому же, это не контрастная цель. В движении танковая колонна будет лучше видна из-за шлейфов пыли. В этом случае технику в колонне на расстоянии можно спутать с другими типами военной техники, включая и с автомобильной.

Но, танки 17 или 18-го июня находились на гораздо большем расстоянии от границы (до 20-30 км).

Конечно, могут сказать автору – есть же бинокли, который мог быть у летчика-наблюдателя. Хотя Г. Захаров не упоминает о его наличии бинокля. Снова забыл? Вряд ли, это может быть только наши домыслы... В этом случае дальность обнаружения танка типа Т-IY может составлять до 10 км. Но как мы читали выше - техника на стоянках должна была быть замаскирована… Чем характеризуется летний день после полудня? Повышенной турбулентностью из-за восходящих и нисходящих потоков. Зона турбулентности может достигать 1500-2500 м. Есть такое понятие – вертикальный сдвиг ветра... Потоки могут чередоваться через каждые 20-50 метров. Согласитесь, весьма проблематично наблюдать в бинокль за отдаленной целью в условиях «болтанки». Можно подняться на высоту 2500-3000 метров, но при этом дальность обнаружения техники упадет до 6-7 км. Кроме того, восходящие конвективные потоки ухудшают видимость на больших расстояниях. Выходит, правильно Захаров не упоминал о бинокле.

Таким образом, при проведении воздушной разведки обнаружение танков и массового перемещения войск к границе летчик не мог заметить. Летчик мог видеть только те части, о которых и так сообщала разведка в сообщениях, а также мог наблюдать перемещение колонн снабжения, тыловых, технических подразделений и батальонов. Правда, могло быть исключение. Летчик мог увидеть то, что хотело показать германское командование.

Записка РУ ГШ КА в НКГБ СССР «Германское командование усиливает группировку войск в пограничной с СССР полосе, производя массовые переброски войск из глубинных районов Германии, оккупированных стран Западной Европы и с Балкан… Наряду с действительным увеличением войск в пограничной полосе германское командование одновременно занимается и маневрированием, перебрасывая отдельные части в приграничном районе из одного населенного пункта в другой, с тем чтобы в случае их оценки у нас создалось нужное впечатление.
…Германским командованием в пограничной с СССР полосе проводится ряд учений…, которые также связаны с передвижением войск…»

Что тут сказать? На этом этапе Гитлер, его приближенные, разведка и военное командование «переиграли» советскую разведку и наше командование. Это следует признать…

Из представленных материалов можно сказать следующее:

1) на фрагменты книги Г. Захарова могли наложиться послевоенные воспоминания автора. К сожалению, доверять им со 100% гарантией нельзя. Имеют место некоторые странности, которые труднообъяснимы;

2) летчик-наблюдатель мог быть поражен обилием большого количества германской военной техники, которой столько он до сих пор не видел. Этой техники, конечно же, было очень много. Но вряд ли летчик знал, что количество германских дивизий у границы БССР оценивалось нашей разведкой числом до тридцати.

3) для дезинформации советской разведки германское командование усиленно использовало перемещение воинских частей и колонн.

Автор сомневается, что полученные РС могли поразить руководство КА и И. Сталина, т.к. не содержали чего-то грандиозно нового. Поскольку нет достоверных документальных фактов, то каждый читатель может верить в любую версию рассматриваемого события. На одном из сайтов автора проинформировали, что существует документ, относящийся к архиву бывшего КГБ, об этом полете. Для автора слова указанного источника не требуют подтверждения - он им верит, а для Вас, уважаемые Читатели, – это может быть уловкой автора...

Версия автора, которая не подтверждена документально. Командующий ЗапОВО Д.Павлов конечно же был «в курсе» данного полета, но не являлся его инициатором – он просто уступил... Поэтому он снисходительно выслушал летчика, как учитель слушает ученика средних классов... Вероятнее всего, инициатором полета был командующий ВВС ЗапОВО генерал И.И. Копец.

В СССР существовала практика: чтобы начать разрабатывать военноначальника высокого ранга НКВД, должно было получить санкцию на его «разработку» от Наркома Обороны, так же как и на арест. Так, например, Тимошенко дал санкцию на «разработку» командующего ВВС ПрибОВО в середине мая 1941 года, а арестовали генерала А.П.Ионова 26.06.41 г.

С весны 1941 года в СССР начинает «раскручиваться» «дело авиаторов». 12.04.41 П.В. Рычагов снят с должности заместителя Наркома Обороны по авиации – начальника Главного управления ВВС КА и направлен на учёбу в Военную академию ГШ. После снятия П.В. Рычагова Нарком Обороны должен был давать санкции на «разработку» других генералов ВВС КА.

31.05.41 - арестован командующий ВВС МВО П.И. Пумпур. 01.06.41 - арестован помощник генерал-инспектора ВВС КА Н.Н. Васильченко. 04.06.41 - арестован заместитель НШ ВВС КА П.П. Юсупов. 07.06.41 - арестован заместитель командующего ВВС ЛВО А.А. Левин. 08.06.41 – арестован помощника начальника ГШ по ВВС Я.В. Смушкевич.
17.06.41 - арестован командующий ВВС ДФ К.М. Гусев.

И.И. Копец должен был подозревать, что и он может "разрабатываться" органами из-за «порочащих» связей с командованием ВВС РККА. Идея, исходящая от И. Кобца, о разведывательном полете могла вызвать негативную реакцию у Павлова, т.к. эта инициатива противоречила линии руководства КА и разведывательным донесениям РУ. Поэтому генерала Копца должен был поддержать еще кто-то из руководства ВО. Начальника штаба ВО Д.Павлов «подмял под себя». Остается заместитель командующего И.В. Болдин.

И.В. Болдин находился в одном населенном пункте с начальником управления ПВ НКВД И.А.Богдановым. Поддержкой И.Богданова в этом вопросе мог заручиться И.Болдин, поскольку "идти на поводу" у командующего ВВС ВО было опасно. А провести этот полет, как совместную операцию войск округа и управления ПВ НКВД, можно было попробовать. Это было выгодно и пограничникам, и руководству ВО. Д. Павлов мог разрешить проведение разведывательного полета (по предложению Болдина, Кобца и Богданова) в рамках совместной операции. В этом случае понятно, почему Захаров докладывает о полете И.Болдину в Белостоке, а не торопится сразу же с аэродрома улететь в Минск для доклада командующему ЗапОВО. Неизвестно присутствовал ли при этом докладе И. Богданов. В любом случае, РС, поступившие от пилота ВВС КА, могли усилить РС И. Богданова, поступавшие из погранотрядов, и в дальнейшем направляемые в Москву. Около границы атмосфера близкой войны ощущалась сильнее, чем у руководства в Москве…

В этом случае донесение из управления ПВ НКВД БССР ушло в Москву и 19-20 июня могло быть у Л. Берии (после ознакомления командующего ПВ НКВД Масленникова). Далее путь этого РС (как и всех документов об возможном нападении на СССР) должно было закончиться на столе Сталина. Неизвестно только успело ли оно дойти до указанного адресата до начала войны или нет. Но это и не важно – ничего нового данное РС на тот момент не содержало. Даже 22 июня в сводке РУ ГШ КА количество германских дивизий против ПрибОВО не изменилось относительно довоенных данных, а против ЗапОВО увеличилось всего на одно соединение…

РС № 1/660724 РУ ГШ КА на 20-00 22.6.1941 г.

1. В итоге боевых действий за день 22.6.1941 получили фактическое подтверждение имевшиеся на 20.6 данные о нижеследующей группировке противника, находящейся непосредственно на границе с СССР:

…а) на Северо-Западном фронте - 29 дивизий, из них 4-5 тд и 5 мд

б) на Западном фронте, в Варшавском районе - 31 дивизия, из них 21 пд, 1 мд, 4 тд и 1 кд…"



И.И. Копец как бы «балансировал на острие ножа», и любое его необдуманное действие могло дать повод к аресту. То, что этот человек способен на поступок, доказывает шифровка от полковника ВВС Тарасенко в 4-08 21 июня 1941 года.

style="max-width:



«По указанию командующего ВВС…» Командующий ВВС генерал И.И. Копец приводит свои части в боевую готовность через полковника Тарасенко в городе Лиде. Во второй половине дня 21 июня руководство ВО (или руководство НКО и ГШ через командование ВО) «продавливает» отмену данного распоряжения. Застрелившись 22 июня генерал Кобец, конечно же, был подавлен потерями вверенной ему авиации, т.к. боевую готовность "снял" именно он за 11 часов до войны, и многие летчики ушли с аэродромов отдыхать. И не важно уже было ему, кто именно заставил его так поступить. То, что он не зашел перед смертью к Павлову - говорит о том, что командующий один из виновников разгрома авиации ЗапОВО. Поскольку имеется упоминание о похожих мероприятиях в ПрибОВО по инициативе Жукова, то, вероятно, без руководства КА здесь не обошлось. Не нам судить генерала И.И. Кобца. Его "подставили" и он спасал свое имя, чтобы не быть арестованным как "враг народа" и спасал своих родных, которые могли также подвергнуться репрессиям...

Около 17-00 в авиадивизии ВО поступает устное подтверждение от полковника Тарасенко об отмене ранее отданного распоряжения. Командирам авиадивизий был дан шанс не снимать боевую готовность, запросить письменное подтверждение или принять ответственность на себя… Аналогичная ситуация сложилась в ПрибОВО, когда 21.06.41 член военного совета ВО Дибров приказал сдать боеприпасы на склады, а командир 11 ск запросил в штабе 8-й армии письменное подтверждение данного приказа, которое, естественно, не поступило…

Подпишитесь на нас Вконтакте, Google plus, Одноклассники

554

Похожие новости
22 сентября 2017, 17:39
23 сентября 2017, 08:39
23 сентября 2017, 08:39

24 сентября 2017, 07:09
24 сентября 2017, 07:09
24 сентября 2017, 07:09

Новости партнеров
 
Loading...
 

Новости партнеров
 

Новости партнеров

Комментарии
 

Популярные новости
18 сентября 2017, 23:09
21 сентября 2017, 12:39
21 сентября 2017, 07:24
21 сентября 2017, 03:39
19 сентября 2017, 21:39
18 сентября 2017, 19:24
19 сентября 2017, 21:28